"Болотное дело" никак не завершится

Лидер «Левого фронта» Сергей Удальцов смог задать своим свидетелям наводящие вопросы. Фото РИА Новости

Вчера в Мосгорсуде продолжился процесс над фигурантами «болотного дела» Сергеем Удальцовым и Леонидом Развозжаевым. Суд приступил к допросу свидетелей со стороны защиты. А Общественная комиссия по расследованию событий 6 мая как раз обнародовала новый доклад, в котором дается оценка уже прошедшим «болотным процессам». Правозащитники пришли к выводу, что вынесенные приговоры не имеют никакого отношения к правосудию.

Вчера на процессе по делу Сергея Удальцова и Леонида Развозжаева адвокаты подсудимых начали представлять доказательства их невиновности. Заседание началось с заминки: после того как адвокат Удальцова Виолетта Волкова перечислила свидетелей защиты, которых пригласили на заседание, судья Александр Замашнюк заявил, что, согласно сведениям судебных приставов, трое из четырех свидетелей присутствовали в суде ранее, а стало быть, слышали показания других свидетелей, и оттого сами ими быть не могут. Адвокаты ответили, что ранее эти люди на процесс не приходили. Выглядело странным, что такое замечание сделал сам судья, а не сторона обвинения, ходатайство которой суд и должен был бы оценить. Впрочем, если бы жесткие факты нарушения процессуального закона действительно были, то и сам судья мог бы удалить непригодных свидетелей. Но ничего подобного так и не произошло. Можно, впрочем, предположить, что потом показания этих свидетелей все же будут сняты, если суду все-таки представят доказательства, что они нарушили свою объективность. А пока же судья обвинил защиту в нарушении принципа состязательности сторон и, несмотря на получасовую задержку, свидетелей все же пригласили в зал.

Первым со стороны защиты выступил активист Союза солидарности с политзаключенными Михаил Кригер. Он рассказал, что, придя на акцию 6 мая 2012 года, увидел, как группы полицейских выхватывали из толпы демонстрантов и били их. Кригер заявил, что не слышал, чтобы полицейские требовали разойтись или «освободить дорогу для прохода». Он также не видел поджогов и погромов, равно как не слышал и призывов к насилию. «Люди защищались пассивно, закрывали головы и животы, пассивно сопротивлялись», – заявил свидетель, отметив, что не заметил, чтобы хоть один человек поднял руку на полицейского. Удальцов спросил, были ли на акции 6 мая призывы устроить беспорядки, не допустить инаугурации. Кригер ответил, что такого не было. «Был лозунг: «Не пустим вора в Кремль!» – но это же только лозунг», – заметил он.

Далее допросили члена «Левого фронта» Дениса Курайши. Свидетель поведал, что на шествии в какой-то момент колонна встала на месте, возникла давка. Перед Малым Каменным мостом стояли ряды ОМОНа, было небольшое количество рамок металлоискателей: «Толпа попала в мешок, а сзади напирали». Никаких призывов к насилию он не слышал, потом люди стали садиться. Курайши перечислил находившихся на акции лидеров протеста, которых он видел: сопредседателя РПР–ПАРНАС Бориса Немцова, блогера Алексея Навального, сопредседателя «Солидарности» Гарри Каспарова. Свидетель оценил «сидячую забастовку» как способ успокоить ситуацию. «В какой-то момент задние ряды начали давить, и толпа вынесла часть людей за полицейское оцепление», – вспомнил Курайши, пояснив, что люди действовали спонтанно.

Со ссылкой именно на такого рода показания специальная комиссия «Круглого стола 12 декабря» и подготовила на днях второй по счету доклад о случившемся 6 мая 2012 года на Болотной площади и о ходе предыдущих процессов по «болотному делу». Правозащитники подробно проанализировали два суда: над Михаилом Косенко, признанным в результате невменяемым и отправленным на принудительное лечение, и «дело двенадцати», которое завершилось вынесением обвинительного приговора восьми фигурантам, а затем амнистией части из них. Комиссия пришла к выводу, что приговоры по «болотному делу» – факт судебного произвола, вменяемые подсудимым в вину преступления непонятны, право фигурантов на защиту не было реализовано, а факты нарушения закона и массовых беспорядков так и не доказаны.

Еще по одному ответвлению «болотного дела» – пресловутому «делу четырех» – слушания в Замоскворецком районном суде Москвы продолжаются в эти дни. Его фигурантов Илью Гущина, Александра Марголина, Алексея Гаскарова, Елену Кохтареву обвиняют в участии в массовых беспорядках и насилии над представителями власти. Судья Наталья Сусина заслушала показания Гаскарова, затем выступила сторона обвинения.  Гаскаров же рассказал, что 6 мая он увидел, как несколько сотен участников шествия начали сидячую забастовку, протестуя против организации прохода граждан к месту проведения митинга. «В какой-то момент полицейские начали задерживать отдельных участников. Начался хаос. Создалась давка: задние ряды давили на передние, люди падали. Видя, что людям угрожает опасность, я взял за руку потерпевшего сотрудника полиции Павла Булычева и отдернул ее, освободив проход», – пояснил он. Именно этот эпизод в обвинительном заключении и вменяется Гаскарову как «не опасное для жизни насилие в отношении представителя власти».