0
3230
Газета Политика Печатная версия

16.01.2024 20:41:00

Российская Фемида открыта внешнему миру на 0,06 процента

В 2023 году лишь 40 адвокатов попытались попроситься в судьи, и те – безуспешно

Тэги: вккс, итоги работы, уголовные дела, федеральные судьи, дисциплинарные наказания, адвокаты, судейский корпус, формирование, экспертное мнение

On-Line версия

вккс, итоги работы, уголовные дела, федеральные судьи, дисциплинарные наказания, адвокаты, судейский корпус, формирование, экспертное мнение В судейское кресло чаще всего попадают люди, выросшие внутри системы. Фото PhotoXPress.ru

Высшая квалификационная коллегия судей (ВККС) РФ подвела итоги работы за год. Адвокатское сообщество заинтересовали данные отчета о привлечении служителей Фемиды к ответственности. Возбудить уголовные дела ВККС разрешила в отношении 22 федеральных судей, еще шестеро обрели статус обвиняемых. А итогом 11,5 тыс. жалоб стали дисциплинарные наказания семерых судей, то есть 0,06%. Это показывает, насколько система открыта внешнему миру, а точнее, что она от него в принципе закрыта. Неудивительно поэтому, что в 2023-м лишь 40 адвокатов претендовали на мантию, соглашаясь на роль детали в машине правосудия. Но им в том отказали, по традиции предпочтя чисто внутренние кадры.

Отчет ВККС следует понимать таким образом, что хотя согласие на возбуждение уголовных дел в прошлом году было дано в отношении 22 судей (двое из арбитражных судов, остальные – из судов общей юрисдикции), еще не факт, что они будут осуждены. В отличие от тех двоих, которые уже привлечены в качестве обвиняемых, или тех четверых, которых ВККС все-таки дозволила взять под стражу до приговора. Эти данные, конечно, в процентном соотношении, резко контрастируют с тем, сколько арестов сами служители Фемиды назначают гражданам, а именно – в девяти случаев из десяти.

ВККС в итоговом документе рассказала и о том, что к дисциплинарной ответственности были привлечены семеро федеральных судей, среди которых были и руководители судов. «Из них полномочия четверых были досрочно прекращены, двое получили предупреждение и один – замечание», – говорится в отчете. Пятеро из них представляли суды общей юрисдикции. При этом за минувший год «в ВККС поступило 11 тыс. 457 обращений в отношении судей и руководителей судов». Из таких цифр можно сделать вывод, что даже дисциплинарная ответственность для носителей мантии наступает крайне редко.

Это, естественно, привлекло внимание адвокатского сообщества, представители которого только возмутились таким положением дел, однако ни в коей мере ему не удивились.

Видимо, потому, что прекрасно понимают, что к такой ситуации привело. И в отчете ВККС о том также говорится, пусть и не прямо. Например, сказано, что в 2023-м поступило чуть более 1,4 тыс. заявлений от претендентов на судейские должности: 976 – от действующих судей, 192 – от работников аппаратов судов, 184 – от судей в отставке, преподавателей вузов, сотрудников бюджетных и коммерческих учреждений. От служащих различных органов госвласти было 33 заявления, а из числа адвокатов в судьи попросились 40 человек. Отчет ВККС не указывает, был ли кто-нибудь из них принят, но от адвокатского сообщества известно, что не прошел ни один.

Если из почти 11,5 тыс. обращений на незаконные действия судей и руководителей судов удовлетворены только семь, то есть около 0,06%, то «пожалуй, это все, что необходимо знать об адекватности восприятия самих себя теми, кому доверено вершить наши судьбы». Об этом «НГ» заявил адвокат, управляющий партнер АБ «Карпов, Тараборин и партнеры» Дмитрий Тараборин. По его словам, «остается только порадоваться, что нас судят безгрешные ангелы». Воспроизводство же системой самой себя, заметил он, это самое страшное, что может случиться с любой бюрократией, поскольку та теряет восприимчивость к окружающей реальности. «Именно это, увы, и происходит с судебной системой, которая давно утратила отведенную ей законом роль независимого регулятора общественных отношений», – подчеркнул Тараборин.

И он напомнил, что воспроизводство судей в рамках замкнутого цикла (секретарь – помощник судьи – судья) ведет к самым печальным последствиям. Потому что тогда судейский корпус формируется из лиц, не имеющих никакого иного жизненного и профессионального опыта, кроме подсмотренного у старших товарищей, которые в большинстве своем являют собой продукт того же цикла. То есть это, процитировал Тараборин известную песню, «another break in the wall». В итоге страна имеет суд, «принципиально не способный постановить оправдательный приговор и готовый буквально костьми лечь на пути оправдательного вердикта присяжных».

«С учетом изложенного выше я не удивлен, что количество претендентов на судейскую мантию из числа адвокатского сословия невелико», – заметил он. Потому что состоявшийся и востребованный адвокат никогда не согласится сменить свою «свободную и благородную профессию» на «ежедневное ментальное насилие над собой и предательство своих принципов и взглядов на юриспруденцию». «Я лично знаком с массой выдающихся адвокатов современности, подолгу беседовал с ними и смею заверить: ни один из них просто физически не способен заставить себя написать то, что иные судьи раз за разом излагают на страницах своих решений. В свою очередь, откровенно слабые в профессиональном отношении коллеги банально не смогут выдержать вступительные испытания для кандидатов в судьи, которые, надо отдать им должное, весьма сложны», – подчеркнул Тараборин. По его мнению, в ближайшее время увеличения числа претендентов от адвокатуры ожидать не стоит. Это может произойти только в том случае, если суд вдруг обретет подлинные независимость и беспристрастность. То есть «когда судья сможет принимать решение по любому делу без оглядки на председателя, прокурора, курирующего оперативника и неких политических трендов, предпосылок к чему пока, увы, не наблюдается».

Президент Федеральной палаты адвокатов (ФПА) РФ Светлана Володина сказала «НГ», что нынешняя практика, когда судьями становятся помощники, которые ничего, кроме деятельности одного судьи, и не видели, с хорошей стороны себя не зарекомендовала. Недаром «в древности говорили: скажи мне, с какого угла ты смотришь на проблему, и я скажу тебе, почему она так искажена». Как подчеркнула она, «адвокат в этом смысле хорош тем, что он видел плюсы и минусы системы, он осознает тяжесть последствий ошибок для обеих сторон – и поэтому он их не повторит». По мнению Володиной, в суды должны прийти люди-практики, а наиболее эффективными из них скорее всего являются адвокаты. С одной стороны, именно они непрерывно обновляют знания законодательства, а с другой – с уважением относятся к людям. «На мой взгляд, задача судебной системы строится как раз на этих двух составляющих: понимании задач правосудия и уважении к людям, а стало быть, человек, не имеющий практических навыков, в эту судебную систему не должен попадать ни при каких обстоятельствах», – уверена президент ФПА.

Как полагает адвокат, советник ФПА Борис Золотухин, довольно давно судебная власть уже определилась с тем, кого она хочет видеть членами своего сообщества. Причем если смотреть в ретроспективе, то кандидаты из числа помощников постепенно вытеснили претендентов из рядов следователей и прокуроров, а их раньше было существенно больше, чем аппаратчиков. С одной стороны, сказал он «НГ», это, может быть, и выглядит хорошо, что в судьи идут люди, в меньшей степени «пропитанные» обвинительным уклоном. К тому же, как правило, за несколько лет работы в судебной системе человек становится достаточно сильным профессионалом в юриспруденции. Однако, с другой стороны, плохо, что такие кандидаты в судьи обычно приходят в систему после института или вообще школы, а значит, иной жизни, кроме жизни судейского сообщества, не познают совершенно. «И хотя я видел много профессионалов из числа помощников, ставших судьями, безусловно, такое незнание реальной жизни в определенной степени сказывается на качестве правосудия», – заметил Золотухин. Он также напомнил, что для юрвузов в советское время наличие трудового стажа было обязательным условием для абитуриентов, поступление прямо со школьной скамьи было редчайшим исключением.

Что же касается адвокатов, то, уверен Золотухин, они не идут в судьи по двум причинам. Первая – это всем известная предубежденность тех высоких лиц, которые отвечают за подбор кадров, к кандидатам такого рода. «Вторая причина, с моей точки зрения, более существенная, в том, что при всей привлекательности сегодняшнего социального и «пенсионного» обеспечения судей умные и грамотные адвокаты знают и об огромном минусе. О том, что независимость судей от председателей судов и вышестоящих судов в большей степени декларативна. Привыкнув к независимости реальной, адвокаты опасаются стать винтиками системы, а главное – этого не желают», – пояснил он. 

Старший партнер КА Pen & Paper Валерий Зинченко сказал «НГ», что в целом итоги работы ВККС особого удивления не вызывают. Некоторых судей время от времени привлекают к уголовной или дисциплинарной ответственности, а также, как и раньше, основными претендентами на позицию судей являются сами судьи, за ними следуют работники аппаратов, год от года и составляющие основной кадровый резерв. «Можно сказать, что в этом смысле в судебной системе все стабильно» – заметил он. При этом, по его словам, «нельзя сказать, что среди них нет талантливых и одаренных людей, но, наверное, такого рода самовоспроизведение судебной системы вряд ли идет ей на пользу». К примеру, при рассмотрении сложных коммерческих или корпоративных споров может быть нелишним как знания об экономике в целом или об ее отдельных отраслях, так и вообще о бизнесе как таковом. Далеко не все помощники судей, да и те сами, обладают такими познаниями, а взять их, постоянно находясь под серьезной нагрузкой, особо и негде. А скажем, уголовное судопроизводство с чудовищно низким процентом оправдательных приговоров вряд ли может дать новым судьям, пришедшим из той же системы, иной образец для подражания, отличный от подходов их наставников, подчеркнул Зинченко. Это могло бы быть скорректировано более свободным и равноправным допуском в судьи представителей иных юридических профессий, например, адвокатов. Но им там как всегда не очень рады: «До тех пор, пока в ментальности судебной системы будет жить стереотип о неразрешимом конфликте интересов у адвокатов, претендующих на позицию судьи, ситуация вряд ли изменится», – пояснил он. Хотя в других странах адвокаты – это абсолютно естественная среда для пополнения и обновления судейского корпуса. Этот опыт мало востребован в России, что проявляется уже долгое время. Хотя для многих коллег, по словам Зинченко, переход из адвоката в судьи мог бы стать действительно пиком профессиональной карьеры, «дискреция, данная когда-то от Верховного суда квалификационной коллегии судей для решений о рекомендации того или иного гражданина на должность судьи, позволят отказывать кандидатам, даже если они полностью отвечают требованиям закона». Однако среди причин такого низкого числа соискателей из среды адвокатов Зинченко назвал не только их статус «незваного гостя» в глазах коллег-юристов в мантиях, но и собственное нежелание идти в судебную власть.


Читайте также


В электоральный онлайн смогут войти более 30 регионов

В электоральный онлайн смогут войти более 30 регионов

Дарья Гармоненко

Иван Родин

Дистанционное голосование массированно протестируют на низовых выборах

0
233
Фемида продолжает хитрить с уведомлениями

Фемида продолжает хитрить с уведомлениями

Екатерина Трифонова

Принимать решения без присутствия всех сторон процесса получается не всегда

0
284
Общественная опасность преступлений – дело субъективное

Общественная опасность преступлений – дело субъективное

Екатерина Трифонова

Конституционный суд подтвердил исключительность служителей Фемиды

0
1242
Фемида слепо верит экспертизе

Фемида слепо верит экспертизе

Екатерина Трифонова

Суды неохотно проверяют заключения назначенных специалистов

0
3231

Другие новости