Екатерина Трифонова
«Цифровое СИЗО» из фантазий и экспериментов превратилось в реальность. Фото со страницы ГУФСИН России по г. Москве в «ВКонтакте»
Цифровые технологии обеспечивают комплексную безопасность пенитенциарных учреждений – от входного досмотра в СИЗО и колонии до мониторинга в реальном времени потенциально опасных ситуаций и предпосылок для происшествий. Пилотные проекты продемонстрировали свою эффективность. Эксперты «НГ» указали на основной недостаток проводимой цифровизации: она фактически не улучшает условия содержания и не укрепляет гарантии защиты прав граждан.
Главное управление Федеральной службы исполнения наказаний (ФСИН) РФ по Москве сообщило об успешном завершении пилотного проекта «Цифровое СИЗО», стартовавшего в 2022-м в столичном изоляторе «Бутырка». Это СИЗО № 2 стало первым в стране учреждением с полностью автоматизированной системой контроля и видеонаблюдения.
Например, среди применяемых там IT-технологий есть системы, регулирующие входной контроль, досмотр, учет передвижения, ситуацию на территории, или видеоаналитики, которая позволяет быстро реагировать на возможные нештатные ситуации. Скажем, система «инцидент-менеджмента» состоит более чем из 350 камер, которые автоматически выявляют опасные ситуации (драки, побеги, суициды, плохая видимость, задымление, нахождение у окна). Сейчас в базе данных пилотного «Цифрового СИЗО» насчитывается более 300 лиц, склонных к правонарушениям, отметили во ФСИН.
А, к примеру, с лета прошлого года во Владимирской области в исправительной колонии (ИК) № 6 был запущен пилотный проект «Цифровая ИК», в котором задействован и искусственный интеллект. Нейросеть оцифровывает голоса и изображения лиц, формируя цифровые профили осужденных. И это тоже позволяет оперативно выявлять различную подозрительную активность.
Нетрудно заметить, что вся подобная цифровизация, очевидно, направлена исключительно на укрепление режимного порядка за решеткой. Между тем в первоначальных анонсах развития современных технологий для пенитенциарной системы речь вроде бы шла и о повышении гарантий защиты прав обвиняемых и осужденных. Партнер коллегии адвокатов Pen&Paper Вадим Клювгант подтвердил «НГ», что в целом цифровизация уголовно-исполнительной системы (УИС) – это актуальная задача, однако тут важно правильно расставлять приоритеты, выбирать подходящие решения и профессионально их внедрять. Он указал, что тот же проект «Цифровое СИЗО» явно нацелен исключительно на обеспечение охранного режима. При этом там нет ничего о возможности беспрепятственного и своевременного получения юрпомощи, не решается проблема с доступом адвокатов к заключенным или подозреваемым, не сокращается время ожидания их встреч с защитниками или родственниками.
Адвокат Алексей Гавришев напомнил «НГ», что цифровизация УИС, по идее, должна помогать реализовывать базовые права: доступ адвокатов и свидания с родственниками, передачу заявлений и жалоб, получение справок, запись в очередь на свидания. И подчеркнул, что дело не в «красивом интерфейсе», а в том, чтобы не погружать тех же обвиняемых и, например, их защитников в «унизительную неопределенность»: «Придите», «постойте», «может быть, получится» и прочие традиционные заверения». По мнению Гавришева, основной риск как раз в этом: на уровне концепции все может выглядеть как прогресс, а на уровне конкретного учреждения все упрется в дефицит кадров, во внутренние регламенты, слабую техническую вооруженность и, «честно говоря, в управленческую волю на местах». И тогда цифровой сервис, дескать, работает как витрина, а «внутри все равно все решает прежний дежурный в соответствии с тем, как принято». То есть цифровизация превращается в декорацию и предмет для хорошей отчетности.
Как пример Гавришев привел решение ввести в СИЗО электронные очереди для посетителей, включая и адвокатов. Формально их действительно внедряют, но проблема, о которой адвокаты говорят годами, в другом: запись сама по себе не равна доступу. Так что если нет достаточного количества кабинетов для свиданий, если деятельность конвоя и режимных служб не синхронизирована, если сохраняется приоритетность «оперативных мероприятий», то электронная очередь просто собирает людей в одно время в одну толпу у проходной СИЗО. «Это классический пример, когда цифровизация не реформирует процессы, а лишь фиксирует прежнюю нехватку ресурсов и плохую организацию деятельности», – сказал он.
«И это не абстрактная проблема, а прямой вопрос о качестве правосудия: скорость и полнота защиты в СИЗО часто зависит от того, насколько быстро адвокат попадает к доверителю и насколько оперативно можно оформить жалобу, ходатайство, доверенность, медицинские документы», – подчеркнул Гавришев. И поэтому ключевой критерий успеха цифровизации – это не количество пилотных проектов, а единый стандарт, внедренный по стране. Сейчас же цифровизацию, по его словам, тормозят три фактора. Прежде всего нехватка ресурсов – это и инфраструктура связи, и защищенные каналы, и рабочие места, и обучение тюремного персонала. Второй фактор – это процедурная дисциплина: пока под цифровой формат не переписаны внутренние процедуры, новые сервисы будут постоянно спотыкаться о старые традиции и привычки. Третий фактор – это мотивация для системы, ведь цифровизация опасна для любой структуры, которая привыкла жить на ручном управлении, тогда как цифровая прозрачность сокращает пространство для произвольности. Поэтому, констатировал адвокат, настоящие улучшения начнутся тогда, когда цифровые инструменты будут подкреплены соответствующими управленческими решениями.
Член Ассоциации юристов России Евгений Пантазий подтвердил «НГ», что цифровизацию УИС сильно тормозит ситуация с ее основными фондами. Сейчас на балансе УИС более 50 тыс. зданий и сооружений, большинство из которых построено не позднее середины XX века. При этом с многочисленными нарушениями нынешних строительных, санитарных и пожарных норм. Соответственно ключевые проблемы связаны с износом или даже ветхостью зданий и инженерных конструкций водоснабжения, отопления, канализации, вентиляции и подачи электроэнергии. Пантазий напомнил и о несоответствии внутреннего устройства зданий многих СИЗО и колоний противоэпидемическим требованиям, а также об отсутствии резервов ресурсного снабжения, что в совокупности ставит под угрозу жизнь людей.
При этом он указал на тот факт, что в России реализуется программа «Развитие уголовно-исполнительной системы на 2018–2035 годы». В рамках данной программы, по его словам, «реконструируют и строят те же СИЗО с условиями, соответствующими законодательству РФ и международным стандартам, реконструируют и строят исправительные, лечебные, лечебно-профилактические учреждения и учреждения объединенного типа, развивают сеть исправительных центров и создают дополнительные рабочие места для осужденных». Пантазий подчеркнул, что на эту программу запланировано выделить 359,2 млрд руб. из федерального бюджета. Часть из этих средств, считает он, судя по всему, пойдет и на цифровую трансформацию УИС.
