Монументальная графика

Арт-объект вычеркивает из жизни обыденность.
Фото автора

Александр Константинов известен в Москве прежде всего благодаря своим монументальным инсталляциям из цветного скотча. И хотя им предшествовала многолетняя работа в графике и скульптуре, не раз демонстрировавшаяся в столичных галереях, но именно эти объекты в прямом смысле «вышли в народ» – оказались включенными в городскую среду.

Инсталляции, над которыми Константинов работает уже несколько лет, мобильны, сравнительно просты в производстве (хотя и трудоемки) и относительно недороги. И при этом производят потрясающий эффект преобразования банального урбанистического пейзажа. Последний пример – проект «Блуждающие стены» у здания Третьяковской галереи на Крымском Валу. Ему предшествовал Белый квартал у Музея личных коллекций, инсталляция на фасаде ГЦСИ, оформление посольства Люксембурга в Москве.

Объекты Константинова одновременно похожи на игру в гигантский детский конструктор и рисунки, сделанные беглыми штрихами прямо на поверхности города. Так Константинов «изрисовал» красными линиями Париж. Придумал полосатый ледник, выросший прямо на снегу в австрийских Альпах. Изменил панораму целого города – французского Кампера, где несколько ярких объектов агрессивно вторглись в типичную однородно-серую застройку. Константинов заставляет спотыкаться взглядом, останавливаться, удивляться и улыбаться.

Новый проект художника реализован на частном объекте, чтобы избежать многочисленных согласований и разрешений, которые обычно требуются для начала работ. Владелец маленького домашнего театра (здание которого и было преобразовано), коллекционер Максим Боксер был совсем не против изменить привычный облик.

Проект стал началом использования новой техники – крашеных деревянных планок, обладающих как минимум двумя преимуществами перед скотчем. Во-первых, они имеют пространственные промежутки и пропускают свет. Эта игра света и есть, пожалуй, самое главное достоинство получившегося объекта. Движение солнца, туман, небесная голубизна – все отражается рефлексами и тенями на фасаде здания. Уже сейчас можно фантазировать, как изменится образ, когда выпадет снег.

Другое преимущество дерева – сравнительная долговечность. Ведь клееные объекты Константинова, как правило, жили недолго – рекорд всего полтора года. А этому пророчат не одно десятилетие. К тому же со временем уже готовый объект можно преобразовывать с помощью цвета. Так что Константинов, пройдя путь графики, скульптуры и инсталляции, наконец приблизился к самому монументальному из искусств – архитектуре.

И вот здесь-то и таится парадокс. Самое монументальное из искусств в творчестве Константинова оказывается таким же легким и едва уловимым, как графика, наполненная прозрачными линиями. Константинов продолжает рисовать. Только теперь не толстым маркером-скотчем, а быстрым карандашиком, энергичными штрихами вычеркивая из жизни обыденность и скуку.