0
3988
Газета Главная тема Печатная версия

12.05.2021 20:30:05

Третий дом по Пятой авеню

Владимир Маяковский и его необычайные путешествия по России, Европе и Америке

Тэги: поэзия, история, политика, маяковский, ссср, сша, европа, путешествия, краеведение, париж


17-9-1480.jpg
Афиша выступления Маяковского. 1927 год.
Галина Антипова. Маяковский: я еду удивлять! Марш поэта по стране и миру.

– М.: Лингвистика, Бослен, 2021. – 320 с.

Помню, еще при большевиках, читал я замечательную книгу – «Маяковский едет по Союзу» (М.: Советская Россия, 1963). Автор – Павел Лавут (1898–1979), советский актер и концертный администратор, мемуарист. Он писал воспоминания о Владимире Маяковском, о Михаиле Зощенко, а Маяковский в поэме «Хорошо» написал о нем так: «Мне рассказывал тихий еврей, Павел Ильич Лавут…»

И сам Павел Лавут, и его книга, естественно, упомянуты, куда же без них, но все-таки труд Галины Антиповой выстроен иначе. Ее книга не ограничена путешествиями поэта по СССР. Антипова пишет и о дореволюционных поездках «агитатора и главаря», и о его многочисленных зарубежных вояжах. Результатом одного из них стало рождение дочери поэта – Патриции. С ее матерью, Элли Джонс, Маяковский посетил нью-йоркский зоопарк: «На второй день знакомства Маяковский с Элли были в нью-йоркском зоопарке в Бронксе на Южном бульваре (Southern Boulevard). На буклете зоопарка он начал набрасывать детские стихи, потом составившие книжку «Что ни страница – то слон, то львица». Вместе они посещали кабачки Гарлема… Однажды Элли, Маяковский и Бурлюк оказались единственными белыми в клубе, причем все, кроме них, были в смокингах и вечерних платьях. Часто ходили гулять в Бруклин (Brooklyn) через знаменитый мост, которому Маяковский посвятил восторженные стихи. Отсюда и строки в стихотвороении «Вызов»:

Мы целуем –

беззаконно! –

над Гудзоном

ваших длинноногих жен.

Правда, Бруклинский мост (Brooklyn Bridge) перекинут через Ист-Ривер, а не через Гудзон…»

Стоит отметить, что книжка Антиповой еще и краеведческая: «…в ней, – сказано в аннотации, – описаны не только маршруты Маяковского, но и города, в которых он бывал. К упоминаемым адресам гостиниц, театров, кафе, салонов и издательств указаны современные названия и ориентиры, так что при желании вы сможете совершить не только виртуальное путешествие».

Грустно, сами понимаете, читать, скажем, такое: «Сейчас практически никаких связанных с Маяковским адресов ни в Мексике, ни в США не сохранилось… Снесли, причем почти сразу после отъезда Маяковского, и третий дом по Пятой авеню, теперь там большой апарт-отель. Такая же судьба уже 1950-е годы постигла дом в Гринвич-Виллидж, где жила Элли Джонс. Нью-Йорк вообще изменился до неузнаваемости. Благополучный Бронкс, где жил Бурлюк, стал опасным латиноамериканским районом, а бывший «Париж черной Америки» – Гарлем и вовсе превратился в трущобы…»

Что тут сказать? Не одна Москва страдает, так происходит во всем мире, нам остается только, как писал Александр Пушкин, «кудри наклонять и плакать».

Не знаю, как вы отнесетесь к моему совету, но я бы все же обратил внимание на уже названную книжку Павла Лавута, благо сейчас в интернете все или почти все есть. Вот что написано в аннотации к ней: «Воспоминания П.И. Лавута «Маяковский едет по Союзу» посвящены последним годам жизни поэта. Это увлекательный рассказ о поездках Маяковского по Союзу с 1926 по 1930 год. П.И. Лавут – организатор выступлений В.В. Маяковского».

А Лавут писал так:

«После вечера профессор пригласил поэта в свой рабочий кабинет. Рядом – лаборатория.

– Не могу отпустить вас, Владимир Владимирович, пока не угощу вином собственного производства.

– Ну, что для меня, кавказца, выпить вина!

– А для меня тем более – собственное.

Профессор принес из подвала вино. Стаканов нет, пьем из мензурок и пробирок.

Поклонники Маяковского «унесли на память» его собственный плоский стакан, и он теперь пил тоже из мензурки, правда, стерильной.

Александр Алексеевич читал свои стихи. Пели любимые Маяковским цыганские песни и даже оперные арии. Пела и жена профессора, которая тоже была на сегодняшнем вечере.

В гостиницу попали к шести утра. В восемь мы на вокзале, а в десять – снова в Ростове.

Еще в первый день пребывания в Ростове к Маяковскому пришли товарищи из Ленинских железнодорожных мастерских, и он пообещал у них выступить. С такой же просьбой обратились к нему комсомольцы, рабкоры, писатели. Владимир Владимирович должен был в один день (до девяти вечера) выступить три раза. И он, несмотря на вчерашнюю бессонную ночь, сдержал свое слово.

Огромная столовая Ленинских железнодорожных мастерских выглядела непривычно: даже проходы и подоконники были заполнены людьми.

Маяковский читал отрывки из поэмы «Владимир Ильич Ленин».

– Понятно вам, товарищи?

– Понятно! – раздался коллективный ответ».

Стаканов нет, пьем из мензурок и пробирок…

17-9-3480.jpg
Куда же без желтой кофты?..
Иллюстрации из книги
В Америке все было не так весело: «Предполагалось, что Хургин (глава советской торговой организации «Амторг», «фактически исполнявший обязанности посла». – Е.Л.) выхлопочет визу для Лили Брик. Но 27 августа он и приехавший сменить его в должности Эфраим Склянский (в недавнем прошлом ближайший помощник Троцкого) утонули, катаясь за городом на лодке. «Он переплыл океан и утонул в озере!» – говорил Троцкий на похоронах Склянского в Москве». Впрочем, уже 6 сентября Маяковский познакомился с Элли Джонс.

В Польше было примерно так же: «Маяковский уехал 20 мая, а 7 июня полпреда Войкова застрелил русский террорист Борис Коверда. Поэт тут же посвятил его памяти два стихотворения…» В Чехии обошлось без стрельбы и утопленников. Сергей Есенин воспевал собаку актера Качалова, Маяковский подружился с котом Марии Майеровой: «На обед пришли очень известные люди: журналист Юлиус Фучик, поэт Йозеф Гора. Но главное место в воспоминаниях Майеровой занимают отношения Маяковского с котом Амуром. Кот занял стул, предназначенный гостю. Маяковский категорически отказался сгонять его и весь обед простоял…»

Но и в Советском Союзе было интересно, вот что пишет Галина Антипова, например, про Газетный переулок города Ростова-на-Дону:

«С одной стороны, после Гражданской войны он стал главным центром городской проституции. Маяковский еще застал его в прежнем виде, но в том же году началась большая кампания по борьбе с половой распущенностью, связанная с нашумевшими делами о сексуальных преступлениях. В ходе этой кампании обитательницы Газетного переулка были сосланы на Соловки, но память о его репутации была еще жива.

С другой стороны, в начале 1920-х годов, в том же переулке, в доме 46 на углу с Большой Садовой улицей, находился «Подвал поэтов» – одно из самых ярких поэтических кафе России. Оно было штаб-квартирой авангардной группы ничевоков… До войны он пустовал, немецкие оккупанты открыли там казино, а после освобождения там устроили общественный туалет… В 1945 году его похвалила жена Уинстона Черчилля… В 2010 году туалет закрыли…»

Краеведческая составляющая книги Антиповой, как видите, не менее занимательна и познавательна. Сейчас из-за пандемии не очень-то и попутешествуешь, так хоть в книге про другие города и страны можно почитать.

И стихи, конечно, тоже. Одно из самых знаменитых, пусть его все без конца цитируют, оно не становится хуже, остается шедевром. Процитирую и я:

В авто,

Последний франк разменяв.

– В котором часу на Марсель? –

Париж

Бежит,

Провожая меня,

Во всей

Невозможной красе.

Подступай

К глазам,

Разлуки жижа,

Сердце

Мне

Сантиментальностью 

расквась!

Я хотел бы

Жить

И умереть в Париже,

Если б не было

Такой земли –

Москва..

Тут не поспоришь, Антипова любовно перечисляет парижские кафе и рестораны, куда ходил Маяковский и прочие деятели литературы и искусства, там бывало всякое: «Вечер в «Хамелеоне» оказался одним из эпизодов литературной борьбы во Франции, где намечался раскол дадаистов и сюрреалистов (группа, куда входили Андре Бретон, Луи Арагон, Робер Деснос и другие поэты). Сюрреалисты скептически отнеслись к русской революции и вообще к России… На вечер Маяковского они не пришли, и успех русского поэта, организованный конкурентами, уязвил их». Впрочем, кончилось все хорошо: «Впоследствии почти все они в отличие от дадаистов стали коммунистами, а Луи Арагон – горячим пропагандистом поэзии Маяковского и мужем Эльзы Триоле».

Ну вот и славно, вот и слава богу, совет да любовь, в том числе и любовь читателей.

Читайте Маяковского. Путешествуйте вместе с ним и с книжкой Галины Антиповой. Удачи и здоровья, товарищи.


Оставлять комментарии могут только авторизованные пользователи.

Вам необходимо Войти или Зарегистрироваться

комментарии(0)


Вы можете оставить комментарии.


Комментарии отключены - материал старше 3 дней

Читайте также


Чиновники назначат налоги за прошлые дивиденды

Чиновники назначат налоги за прошлые дивиденды

Анатолий Комраков

Капитальные вложения будут увеличивать кнутом и обещаниями пряников

0
935
Пограничник между жизнью и смертью

Пограничник между жизнью и смертью

Юрий Юдин

Бравый солдат Швейк как воплощение бога Гермеса

0
510
Не верили…

Не верили…

Борис Романов

О стихотворениях Блока «На смерть Комиссаржевской» и Пастернака «Смерть поэта»

0
725
У нас. «Поэзия» преемница «Поэта». Торт и «Класс»

У нас. «Поэзия» преемница «Поэта». Торт и «Класс»

«НГ-EL»

0
123

Другие новости

Загрузка...