Лапша и депутаты

Буду краток. Раньше, когда при мне говорили «доширак», я всегда исправлял. Правильно, уточнял я, говорить: до Ширака. Потому что фамилия бывшего президента Франции не склоняется. Однако выяснилось, что есть такое слово – «доширак». Секретарша моя Ребекка Кузьминична спросила у дворецкого своего шофера, и тот подтвердил: да, есть такое слово, и это какая-то еда, лапша вроде бы. Сам дворецкий эту лапшу, конечно, не ел, но у его садовника была горничная…

Короче, есть такое слово. Да и депутат красноярского горсовета Роман Крастелев подтверждает. Он выложил у себя в Instagram рецепт «депутатского «дошика». Причина, правда, странная. Как гром среди ясного неба по интернетам пронеслась новость, написал г-н Крастелев, о приостановке производства «Доширака». Прогрессивная и не очень общественность, продолжил политик, моментально обескуражилась, замерла и частично впала в кулинарное отчаяние. Конечно, до бунта вряд ли дойдет, успокоил он своих читателей. Хотя и высказал, на мой взгляд, политически ошибочную мысль: мол, с продуктовыми скрепами так нельзя.

Товарищи, какой бунт, какие скрепы? Ну не будет этого «доширака», и что? Питайтесь мраморной говядиной и белыми трюфелями, белужьей икрой или грибами мацутакэ. Да простыми омарами, наконец. И что это вообще за слово такое – «доширак»? А не выполняет ли этот «дошик» функции иностранного агента, а? Может, потому и приостановили производство – в целях патриотического развития духовно-продуктовых скреп? В конце концов, написали же депутату в комментариях, что без плавленого сырка «Дружба» это все не то. Тут я согласен. Дружба – прежде всего. А иноагентам в нашей пище – не место. А то ишь.