Григорий Заславский
Александр Калягин готов защищать коллег.
Фото Евгения Зуева (НГ-фото)
После премьеры в коридоре известного московского театра меня остановила одна театральная дама, не растерявшая за годы ни красоты, ни озорной манеры общения. «Ну, как тебе?» – спросила она. «Не понравилось», – честно ответил я. «Ну, я другого от тебя не ждала. Ничего не понимаешь в театре. И давно», – заметила дама. А она, важное обстоятельство, работает в этом театре. Я давно привык к метаниям мастеров культуры: понравился тебе спектакль, ты – друг и глубокий мыслитель, если же нашел в их творении несовершенства – наутро уже не поздороваются. А тут опечалился. Последние слова театральной дамы прозвучали как приговор: «Пиши. Это – дело твоей совести».
Наверное, этот эпизод не стоил бы специального упоминания, если бы примерных же принципов не придерживались у нас, сколько мне известно, и во всех других областях. И в экономике, и в политике. Того, кто критикует, в духе полузабытых советских лет сегодня снова можно назвать узником совести. Ведь все и всё вокруг как будто предостерегают, останавливают от неверного шага: не надо быть узником, будь свободен. То есть – не критикуй. И все скажут, что ты разбираешься в своем деле, во всех тонкостях. И в экономике, и в театре. И давно.
Среди событий минувшей недели – открытие сезона в Большом и сенсация: назначение на пост музыкального руководителя театра композитора Леонида Десятникова. Самого композитора, конечно, ни в коем случае нельзя назвать скандальным, хотя на минувшей неделе не раз именно этот эпитет прикалывали к фамилии Десятникова, вспоминая премьеру оперы «Дети Розенталя» на либретто Владимира Сорокина (и либретто-то не было особенно скандальным, подоплека скандала вообще имела мало общего с оперным искусством). Но назначение, конечно, смелое. Тем более, что композитор уже успел рассказать, что все текущие вопросы будет решать по скайпу, а приезжать в театр – на несколько дней перед премьерами и в случае крайней необходимости. Кроме того, отвечая на мой вопрос, Десятников сказал, что когда гендиректор Большого театра обратился к нему с таким предложением, он первым делом попытался его отговорить и даже спросил: а почему не дирижер Х.? Но Анатолий Иксанов, вероятно, предполагал (зная Десятникова) и такое развитие событий и, судя по всему, нашел убедительные аргументы «за». Поскольку контракт у Десятникова пока рассчитан до лета 2011 года, есть время подумать, кто же может стать дирижером Х. Не Курентзис ли?
Еще на минувшей неделе в Петербурге прошел Северо-Западный театральный форум, последний в ряду других таких же масштабных региональных театральных съездов. Говорили о кризисе. Председатель СТД Александр Калягин приводил примеры сокращения финансирования. Например, в Борисоглебском драматическом театре на постановочные расходы выделено 26 тыс. руб. В кулуарах одного из предыдущих, Ростовского театрального форума директор Шахтинского театра рассказал, что ему на полгода на новые спектакли дали 4 (четыре) тыс. руб. В связи с этим Калягин вспомнил своевременные слова президента страны Дмитрия Медведева, сказанные неделю назад на заседании президиума Госсовета: «С дворцами мы научились обращаться. Все умеют расставлять итальянскую мебель, монтировать английскую сантехнику, хотя гораздо важнее провинциальные театры, небольшие музеи и сельские библиотеки». Хорошо бы, услышали... Но вот участники форума принимают итоговое решение. В нем – требование к органам «власти всех уровней принять решительные меры», чтобы «сохранить в условиях финансового кризиса сети государственных и муниципальных театров», не допустить их ликвидацию или перепрофилирование, «гарантировать финансирование театров на уровне, обеспечивающем обновление репертуара, развитие материально-технической базы, решение социальных вопросов», «восстановить систему полномасштабной театральной гастрольной деятельности на территории всей России...» И т.д. Но ведь это невозможно! Если кризис, то кризис – для всех.
Меня в этом обращении смущает, скажем так, инфантильная интонация. Театральные деятели настойчиво обращают свои требования к власти и ничего не требуют от себя. А ведь нынешняя театральная система по меньшей мере несовершенна. Я тоже считаю, что нынешняя власть не имеет права закрывать театры и сокращать и без того небогатое финансирование. Но ведь и театральные деятели должны, как говорится, очи обратить внутрь души. Там многое требует и исправления, и обновления. Мичурин сказал в свое время: мы не можем ждать милостей от природы, взять их у нее – наша задача. Задача театрального сообщества – взять все, что причитается, из бюджета и, воспользовавшись кризисом, провести реструктуризацию. Никто в стране этим не занимается, всем не до того. А театру, мне кажется, самое время.
