Григорий Заславский Так получается, что для многих московских наблюдателей Карловарский международный кинофестиваль оказывается в тени Московского – проходят они, по срокам наплывая один на другой. Хотя в реальности, можно предположить, ситуация иная: это Московский никак не выберется из тени, ища свое место в рабочем строю более знаменитых своих коллег по классу «А». Награды Карловарского вручали в субботу, Гран-при получил фильм «Реставрация» израильского режиссера Иосифа Мадмони, приз за лучшую режиссуру был присужден французу Паскалю Рабатэ за комедию «Каникулы на море». Кстати, за «Хрустальный глобус», а это главный приз Карловарского фестиваля, боролся среди других 12 картин и наш «Бедуин» Игоря Волошина. В программе «К Востоку от Запада» показали «Generation П» Виктора Гинзбурга, и фильм удостоился специального приза. На закрытии показали новый фильм Вуди Аллена «Полночь в Париже», впрочем, уже виденный многими в Каннах, где прошла премьера картины, в которой эпизодическую роль сыграла Карла Бруни.
Кстати – еще два слова о Московском фестивале. На минувшей неделе в Госдуме на правительственный час пришел «с отчетом» министр культуры Александр Авдеев. В скобках нельзя не отметить, что Авдеев, который еще год-полтора назад, казалось, считает дни до «дембеля», за эти самые год-полтора, наоборот, стал чувствовать себя как-то увереннее и даже, я бы сказал, самостоятельнее, хотя не забывает при случае сказать доброе слово про коллег-министров и шире – про командный стиль работы правительства. Так вот, говоря о прошедшем Московском кинофестивале, Александр Авдеев вспомнил и о строительстве Дворца фестиваля, который ММКФ просто необходим, поскольку повысит качество самого фестиваля. Касаясь конфликта в Театре на Таганке, Авдеев – думается, справедливо – напомнил, что эта история, этот «эмоционально окрашенный пример» показывает, как сложно в театрах происходит переход на контрактную систему. А без контрактов в театре – Любимов будет руководить Таганкой или уже нет, да и вообще уже неважно, о каком театре речь, поскольку контракты нужны всем театрам, – так вот, без контрактов репертуарный театр не выживет. Не стоит забывать: во МХАТе, том, который придумали Станиславский с Немировичем-Данченко, актеры работали, естественно, по контрактам. Другое дело, условия были разные, подход – индивидуальный.
Отвечая на вопрос по Большому театру, Александр Авдеев – хотя конкретно об этом его вроде бы не спрашивали – заговорил о нынешнем руководителе театра Анатолии Иксанове и признал его большие заслуги в сохранении труппы в период ремонта и реставрации исторической сцены. Думается, эта поддержка министра Иксанову сейчас – очень кстати.
В тени отставки Любимова не замеченным прошло появление в столице нового худрука: Центр драматургии и режиссуры Казанцева и Рощина, потеряв сперва одного основателя, а в этом сезоне и второго, управлялся худсоветом. А на прошедшей неделе худруком был назначен один из членов худсовета театра, драматург и режиссер Михаил Угаров. Ругая столичный департамент по культуре, стоит в данном случае, наоборот, сказать доброе слово: это решение, конечно, продуманное и обоснованное.
8 июля исполнилось 30 лет ленкомовскому шедевру «Юнона и Авось». Спектакль Марка Захарова на стихи Андрея Вознесенского и музыку Алексея Рыбникова (танцы ставил Владимир Васильев!) чаще всего называют рок-оперой, хотя 30 лет назад на афишах было утверждено иное определение жанра – современная опера. Так и называют спектакль до сих пор. По такому случаю заменили уже поставленные в репертуар «Тартюф» и «Женитьбу», играли «Юнону» и в пятницу, и в субботу, и сегодня сыграют снова. Вообще-то дата официальной премьеры – 20 октября 1981 года, а в июле сыграли прогон, даже без афиши, тем не менее уже как-то согласились считать именно эту дату официальным рождением спектакля, где Резанова – тогда – играл Николай Караченцов, а Кончитту – Елена Шанина. Нынешняя Кончитта – Александра Волкова, уже шестая по счету. Караченцова после страшной аварии, в которую попал актер, сперва сменил Дмитрий Певцов, потом главную роль сыграл и Виктор Раков. Первый случай, когда в советском театре над сценой – в финале – взмывал Андреевский флаг. В «диссидентском» театре вышел спектакль, который по силе патриотических чувств, я уверен, перекрывал все официальные постановления ЦК партии, тем более – все последствия этих патриотических партийных постановлений. И сегодня – полный зал. И сегодня – смотрят и плачут. Вот это – загадка театра: люди сменились, выросло несколько новых поколений, строй политический другой, Волкова родилась уже после премьеры – через четыре года! А спектакль – живой.
