Владимир Скосырев КНР может использовать Кашмир и Пакистан против интересов Индии. Дели должен быть начеку. С такой необычно резкой оценкой стратегии Пекина выступил Манмохан Сингх. По мнению эксперта «НГ», опасения индийцев связаны с ростом мощи Китая и воспоминаниями о военном конфликте 1962 года.
«Китай хотел бы заполучить плацдарм в Южной Азии. Мы должны быть готовыми к этому┘ Китай мог бы использовать «мягкое подбрюшье Индии в Кашмире и Пакистане», чтобы принизить ее международную роль», – заявил в интервью индийским журналистам премьер-министр Индии Манмохан Сингх.
Вспоминая о встречах с председателем КНР Ху Циньтао и премьер-министром Вэнь Цзябао, Сингх отметил, что у него создалось впечатление о желании Пекина уладить спорные вопросы. Но нынешнее руководство через два года будет сменено. Китайцы стали более напористыми. Трудно сказать, к чему это приведет.
Сингх известен как осторожный и осмотрительный политик, особенно когда речь идет о международных делах. Что же побудило его столь нелицеприятно отозваться о политике гигантского соседа? Споры на дипломатическом уровне вспыхивали в последние два года нередко. А в минувшем августе масла в огонь подлило то, что Пекин отказал во въездной визе генералу индийской армии, который командует войсками в Кашмире. Генерал собирался в КНР с визитом по программе обменов между военными. Дели вызвал посла Китая и заявил ему протест. Ранее Индия выражала возмущение тем, что китайское посольство выдает жителям Кашмира визы особой категории.
Этот инцидент может показаться незначительным, если учесть, что Китай стал крупнейшим торговым партнером Индии. За десять лет объем экономических связей вырос в 30 раз и, вероятно, превысит 60 млрд. долл. в нынешнем году.
Однако в Дели расценивают спор о визах как свидетельство того, что Пекин не признает Кашмир частью Индии. В Кашмире в течение 20 лет не стихает сепаратистское движение, которое поддерживает Пакистан. Смягчению страстей не способствовали и неподтвержденные сообщения о том, будто Китай направил тысячи своих солдат в малонаселенную горную часть Кашмира, которую контролирует Пакистан.
Китай в течение почти полувека оказывает дипломатическую, военную и экономическую помощь Пакистану. Неудивительно, что любые акции Китая, которые могут быть расценены как косвенное вмешательство в кашмирский вопрос, вызывают острую реакцию в Дели.
К тому же Кашмир – вовсе не единственный пункт противоречий между соседями. Главное – то, что после молниеносной войны 1962 года, когда Индия потерпела поражение, остается неурегулированным территориальный конфликт. Индийско-китайская граница протянулась на 3500 км. И она не демаркирована. На восточном участке Китай претендует на целый индийский штат Аруначал Прадеш.
Когда Пекин напоминает о своих претензиях, Дели дает асимметричный ответ, поднимая роль духовного лидера тибетцев Далай-ламы (он живет в изгнании в Индии). С ним неоднократно встречался премьер Сингх.
Центральный орган КПК газета «Жэньминь жибао» в прошлом году утверждала, что Индии не стоит ждать никаких уступок от Китая в пограничном вопросе. А китайский аналитик Дай Бин, которого интервьюировала индийская газета Hindustan Times, не исключил, что между двумя державами может разгореться холодная война.
Неужели положение столь серьезно? С этим вопросом мы обратились к руководителю Центра индийских исследований Института востоковедения РАН Татьяне Шаумян. «В Индии существует синдром опасений по поводу Китая. Память о войне 1962 года не ушла из сознания индийцев. Правда, обе стороны сделали важные шаги по нормализации отношений. В 1993 и 1996 годах были подписаны соглашения о мерах доверия вдоль границы. Они помогли стабилизировать обстановку. Но поскольку экономическая и военная мощь Китая растет, страхи не рассеиваются. Главная причина разногласий – отсутствие доверия. Тем не менее масштаб конфликта не стоит преувеличивать. Огромный объем экономических связей неизбежно будет подталкивать стороны к мирному решению спорных проблем», – заключила эксперт.
