0
669
Газета Телевидение Печатная версия

22.12.2001

Культурный лауреат

Тэги: казакевич, лауреат, культура


Александр Казакевич около трех лет работает на канале ОРТ. Делает сюжеты о культуре в программе "Время". В начале этой недели за спецрепортаж "Русские африканцы" получил премию на международном правозащитном фестивале "Сталкер". Этот же фильм, показанный в прошлом году в канун Рождества, номинировался на премию ТЭФИ. Три недели назад Александр получил другую премию - "Культура на телевидении". Приехавший семь лет назад в Москву член семьи потомственных моряков (семейная легенда гласит, что мыс Казакевича назван в честь его прапрадеда) признается, что работает на телевидении, впрочем, как и его коллеги, не ради денег.

-В репортаже "Русские африканцы", который премии получил, говорится о двадцатилетнем парне. Миша Бобков - брошенный в детстве русский мальчик с темной кожей (мама у него русская, а отец африканец), ставший алкоголиком. После того, как он вышел из детдома, его спаивали, чтобы отобрать крохотную квартирку, которую он получил. Потом стали избивать, запугивать... Мы появились в тот момент, когда это все происходило. Он настолько страдал алкоголизмом, что перед нашей с ним встречей мы попросили одного человека заехать к нему утром - чтобы Миша ничего до нашего приезда не выпил. А за время съемок он полностью отказался от спиртного.

Я глубоко убежден в том, что все афрорусские - очень талантливый народ. Им, начиная с Пушкина, все дается легче, чем нам. Мы ведь знаем, как у Пушкина получалось то, из-за чего пыжилось его окружение: чтобы иметь эту славу поэта, этот успех, эту легкость необыкновенную, с которой Пушкин какие-то вещи создавал. Всем темнокожим русским, которых знаю, начиная от актера театра "Сатирикон" Григория Сиятвинды, заканчивая моим коллегой, редактором программы "Время" Михаилом Таки, я очень завидую! Цвет кожи где-то козырь этих людей. На актера с темной кожей ведь обратят внимание быстрее, чем на других. Но дальше пробиться - это талант. У этих людей - особая национальность. При этом они абсолютно русские - насчет погулять, покуражиться, выпить, но одновременно совершенно легко и успешно сделать свою работу. Про Григория в театре, например, говорят, что он самый русский там.

- Вы считаете, что в России быть темнокожим очень легко?

- Нет. В России, особенно в провинции, это чрезвычайно сложно. Наше общество из-за того, что трудно живет, агрессивно. Это данность. Но в больших городах благодаря таланту, полученному смешением кровей, эти люди очень успешно реализуются.

- Какая-то реакция на "Русских африканцев" была?

- Да, очень большая. Везли Мише деньги, предлагали работу, хотели сделать ему ремонт, купить квартиру побольше. Позвонила бывшая Мишина пионервожатая, она когда-то его усыновить хотела, но ей не позволили. Считали, что она таким образом хочет улучшить свои жилищные условия. После репортажа она поехала к нему, и, может быть, в его жизни что-то изменилось. Мы с ним перестали встречаться, сказали, чтобы он к нам относился лишь как к своему шансу в жизни. Потому мы не знаем, воспользовался он этим шансом или нет, но скоро мы к нему съездим. Может быть, будет вторая серия фильма "Русские африканцы".

- Как родилась идея сюжета? Это что-то личное?

- Да. Знаете, у меня в Мурманске, откуда я приехал, была преподавательница английского языка. А у нее темнокожая дочь: последствия знания английского языка будущей учительницы и ее московского образования (улыбается). Однажды ее дочь при мне назвала свою мечту - проснуться с белой кожей. Тогда, во времена перестройки, все мечтали о разных вещах: уехать в Москву, разбогатеть, свое дело открыть, учиться. А у нее это желание было... Я делал репортаж для нее, ее я видел своим зрителем. Хотел показать, что даже самому несчастному Мише Бобкову жизнь дает шанс, дает пример успешных людей, таких же, как он.

- Посмотрела?

- Не знаю. Знаю только, что ее мама продолжает копить деньги, чтобы отправить дочь в Америку. Она думает, что там ей будет легче. И она права.

- Александр, признайтесь, приятно, наверное, иметь столько премий?

- Дело не в премиях, а в том, что мы до сих пор понять не можем, что же с нами, с создателями спецрепортажа, произошло. Ведь обычно сюжеты, которые мы делаем, живут один день, на следующий умирают. А этот живет уже год: участвует в фестивалях, на канале его показали три раза, на "Сталкере" - на большом экране. А это совершенно другие, потрясающие ощущения. Нам удалось проверить, как на фильм реагирует зритель. Вот это наркотик серьезный.

По большому счету происходит то, его в моей работе быть не должно. Ведь не должен я в качестве героя торжества выходить на сцену Дома кино. Да, я бывал на всех великих сценах Москвы, но только для того, чтобы взять интервью. Обычно я за Марленом Хуциевым гоняюсь, чтобы какие-то вопросы задать, а тут он сам ко мне подходит. Как коллега. Сам Марлен Мартынович Хуциев. Легенда. Или вот еще. Мне сказали, что фильм отобрали для того, чтобы показать на фестивале в Праге - наряду с фильмом Хуциева. Получается, уравняли нас в чем-то с самой легендой. Вдруг круг этот, киношный, открылся для нас... Телевизионный репортаж назвали другой, более высокой категорией - фильмом...

- А ведь с фильмом чуть ли не мистическая история произошла?

- Мы долго добивались, чтобы фильм показали именно в Рождество, наконец на канале пошли анонсы, но вдруг оказалось, что в это время обязательно должен пойти важный политический сюжет. Тогда мы обратились с просьбой к Андрею Битову, у которого прямая связь с Александром Пушкиным, - чтобы тот помог выйти фильму именно в Рождество. Битов говорит нам, что у него прямой номер Пушкина, а у всех остальных - добавочный. Потому мы все серьезно относимся к тому моменту, когда великий русский писатель Битов Андрей Георгиевич просит о чем-то другого великого писателя, Пушкина Александра Сергеевича. Наверное потому, что Пушкин сам афрорусский, он защитил нас - фильм вышел в Рождество, как и планировалось.

- Вы серьезно в это верите?

- Да, потому что много раз убеждался, как действуют просьбы Битова. Что еще могло случиться, чтобы тот очень важный сюжет отменили? Достаточно мало факторов для этого.

- Расскажите, пожалуйста, об установлении памятника зайцу в Михайловском, в котором Вы участвовали с Андреем Битовым.

- Битов Пушкиным занимается давно и пишет о нем так, как никто до этого не делал. Он думает как о важных вещах о том, что остальные воспринимают как анекдот. Может, поэтому у него связь с Пушкиным и появилась. То, что заяц перебежал дорогу Пушкину накануне восстания декабристов, многие рассматривают как анекдот. Однако Битов считает и доказывает, что это очень важное событие. Когда он обратился к своим друзьям, к прессе, к художникам, к тем, кто сможет помочь в открытии памятника, все согласились. А в день, когда целый вагон тех, кто собрался ехать на открытие памятника, произошла очень забавная ситуация. Андрей Георгиевич вышел из поезда прогуляться. И вдруг к нему подходит милиция, просят его предъявить документы, спрашивают, с какой 0целью там находится... Андрею Георгиевичу пришлось очень туго. Он должен был милиции объяснить, что он русский писатель, при этом свободный человек, что он иногда среди ночи гуляет и что едет открывать в Михайловском памятник. Тому зайцу, который изменил жизнь другого русского писателя - Александра Пушкина... Тем самым изменив не только жизнь поэта, но и великой русской литературы. У милиционеров, конечно, были удивительные лица (я этот момент застал).

- Как вам кажется, сложно делать новости о культуре на телевидении, которое рассчитано на массы?

- Нет, массы очень ждут этого, есть аудитория, которая ждет именно этих сюжетов. Сложность в том, чтобы делать эти сюжеты в политической программе. После 11 сентября, например, я месяц не выходил в эфир. Морально это очень тяжело, но я понимаю, что не имел права в это время делать сюжеты о премьерах...

- Что для вас телевидение?

- Это наркотик. Ты себя хуже чувствуешь, когда не на работе. У меня есть коллега, которая очень точно выразилась. Призналась, что ничего в этой жизни ей не нужно, ни мужчин, ни увлечений, ничего... Вот только поставили бы сюжет в эфир. Люди, которые здесь работают, делают это не из-за денег, не из-за каких-то благ. Они все здесь больные. Телевидением.

- Сложно было вам, провинциалу, в Москве пробиться?

- Сложности-то были хорошие, биографический опыт приобрел... Я помню, как замирало все общежитие, когда шел фильм "Москва слезам не верит". Я до сих пор плачу, когда его показывают: все ситуации и типажи узнаваемые. Тайно я всегда хотел работать в программе "Время", но я думал, что мне туда нет дороги. Оказалось, что я общаюсь со всеми, с кем хотел общаться раньше. Вдруг выяснилось, что Москва это позволяет. Но она действительно не верит слезам.


Оставлять комментарии могут только авторизованные пользователи.

Вам необходимо Войти или Зарегистрироваться

комментарии(0)


Вы можете оставить комментарии.


Комментарии отключены - материал старше 3 дней

Читайте также


Концерт The 69 Eyes

Концерт The 69 Eyes

0
501
Кирилл Серебренников обвинил Минкульт в удушении современного искусства

Кирилл Серебренников обвинил Минкульт в удушении современного искусства

Елизавета Авдошина

0
1065
Он очень умный, но такой инфантил...

Он очень умный, но такой инфантил...

Вадим Черновецкий

Почему ООН хочет продлить статус детства до 30 лет

0
1895
Проза российской оперы

Проза российской оперы

Надежда Травина

В Москве наградили лауреатов премии Casta Diva

0
2175

Другие новости

Загрузка...
24smi.org