Экранное иглоукалывание

Канадцы не любят жестких сюжетов и тяготеют к неспешному философствованию.
Кадр из фильма 'Борьба локтями' Пола Дриссена предоставлен организаторами фестиваля канадской анимации

23–25.09. Фестиваль канадской анимации. Центральный дом предпринимателя.

═

Первой ласточкой канадской анимации на небе московских киноэкранов в марте 2001 года стала ретроспектива работ всемирно признанного мастера анимационного кино Фредерика Бака. Излюбленная техника Бака в мультипликации – живопись на стекле под камерой. Карандашом, мелками и пастелью художник создает так называемый тотальный мультипликат, когда каждый новый кадр является объемной картиной, перерисованной заново.

Теперь вот – полноценный фестиваль, на котором покажут работы двадцати канадских мультипликаторов. Их любопытно будет сравнить с фильмами, показанными весной этого года на фестивале британской анимации в Москве. Знатоки утверждают, что темы британских мультфильмов не в пример ярче, жестче и оригинальней, канадцы же тяготеют к классике.

Хэдлайнером, естественно, остается махровый традиционалист Бак, которого любят обвинять в дидактичности сюжетов. Его фильм «Бах!» (1981) занял шестое место в списке «лучших анимационных фильмов века» на Олимпиаде анимации в Лос-Анджелесе. Сюжет совершенно недвусмысленно перекликается с идеями британских аниматоров, активно эксплуатирующих тему очеловечивания предметов окружающего быта: кресло-качалка, часть жизни большой квебекской семьи, выброшенное в сугроб и ставшее затем сиденьем для охраны в музее, грезит о прошлом.

«Человек, который сажал деревья» (1987) завоевал в общей сложности около сорока призов. Молчаливый, тонко чувствующий природу пастух создает лес на месте безнадежной пустыни. Фильм знаменит еще и закадровым голосом прославленного французского актера Филиппа Нуаре. В фильме «Все – ничего» (1978) посредством всплеска тысячи рисунков Бак разрабатывает тему, которую знаменитый художник Жан Эффель представил каскадом карикатур: это сотворение мира.

Работы прочих канадских аниматоров, которые покажут на фестивале, – это ворох разнообразных техник. Мино Бонан использует эффект обратной съемки, Джон Уэлдон прибегает к инновационному компьютерному стилю, Масуд Рауф использует игру света и тени, Венди Тилби и Аманда Форбис, чтобы достичь эффекта литографии или мерцания кинохроники, используют карандаш и краску на негативах.

Интересная штука – «игольчатый экран». Эту технику придумал в 1931 году французский мультипликатор русского происхождения Алексей Алексеев, автор легендарного мультфильма по повести Гоголя «Нос». Экран состоит из тысяч иголок, выступающих на 3–5 см (если смотреть издали, он производит впечатление матовой бархатистой поверхности). На него надавливают ладонью и, загоняя часть их вглубь, получают оттиск. При разном освещении возникает изображение, напоминающее гравюру. Новые возможности игольчатого экрана демонстрирует Жак Друин в фильме «Следы». Он поворачивает экран и использует свет, рассеянный под малым углом, чтобы добиться объемного скульптурного изображения.

А русский канадец Евгений Федоренко снимает бумажные вырезки на слоях стекла. Он представляет на фестивале свой знаменитый фильм 1999 года «Деревня идиотов» по мотивам философской еврейской сказки. Шмендрик, ее герой, идеализируя чужие края, уходит из родного города на поиски знаний, а находит┘ в точности такой же город. Такая вот изящная эмигрантская шутка на закуску.