Елена Ложкина 24.12 Концерт ГСО «Новая Россия» (дирижер Юрий Башмет, солист Виктор Третьяков). Большой зал консерватории.
25.12 Торжественное закрытие фестиваля Шостаковича. Валерий Гергиев и оркестр Мариинского театра. Большой зал консерватории.
Финальные аккорды фестиваля к 100-летию со дня рождения Дмитрия Шостаковича Московская филармония отдала ведущим именам – Юрию Башмету, Виктору Третьякову, Валерию Гергиеву.
24 декабря в Большом зале консерватории под дирижерскую палочку Юрия Башмета симфонический оркестр «Новая Россия» исполнит Первую симфонию и Сюиту из музыки к кинофильмам юбиляра.
Но достоверно, что героем в этот вечер станет не только музыка Шостаковича, которую за прошедшую половину концертного сезона растиражировали разными исполнениями, а скрипач Виктор Третьяков (тоже юбиляр этого года). Он уже успел в рамках выше обозначенного фестиваля исполнить на открытии Первый скрипичный концерт Шостаковича с Мстиславом Ростроповичем и ГАСО, а на этот раз сыграет Второй скрипичный концерт.
Порывистый музыкальный почерк Третьякова давно уже стал настоящей каллиграфией, а самого музыканта называют «последним из могикан» бывшей некогда великой советской скрипичной школы.
Валерий Гергиев появится на следующий день в консерватории, скорее всего прямо с трапа самолета. Ему и оркестру Мариинского театра выпала почетная миссия торжественно закрыть фестивальный марафон Московской филармонии. В программе: Двенадцатая и Четырнадцатая симфонии Шостаковича.
Двенадцатая – дань Великой Октябрьской социалистической революции, посвящена Ленину, и в ней названия частей говорят сами за себя «Революционный Петроград», «Разлив», Аврора», «Заря человечества».
Но психологической кульминацией концерта станет Четырнадцатая симфония для сопрано, баса и оркестра на слова Гарсиа Лорки, Аполлинера, Кюхельбекера и Рильке, потому что в ней Шостакович ведет разговор о смерти, и от экспрессивного исполнения леденящих моментов этого «разговора со смертью» мурашки по коже точно пойдут.
Самое главное, чтобы Гергиев прибыл, а то вот явления Темирканова ждали-ждали, а он – заболел.
