Геркулесовая кашка и французский снобизм

Эндрю Мартиндейл. Готика. Пер. А. Богомякова. - М.: Слово, 2001, 286 с.

Можно сколь угодно долго рассуждать об элитарном и массовом, но издать популярную книгу изящно и грамотно - это высший издательский пилотаж. Издательство "Слово" в этом смысле чемпион чемпионов. "Итальянская" серия была любима народом и при этом весьма и весьма изысканна. Новая серия, названная ББС (Большая библиотека "Слова") претендует на то же самое. Книги - удивительно изящные и строгие одновременно. По формату напоминают Малую историю искусств. И даже черно-белые картинки смотрятся не как дань экономии, а как содержательный нюанс: когда речь идет о характеристике стиля, важны графические очертания, а не колористические подробности.

Первые две книжки посвящены стилям, особенно популярным в народе, ввиду их абсолютной неосвоенности: но я люблю, за что не знаю сам. Когда шла презентация изданий, вспомнился хит двухлетней давности на "Русском радио": жизни экзотика, москвичка под зонтиком, барокко и готика тра-ля-ля-ля... При чем тут барокко и готика - было непонятно, но слух ласкало и шлягер облагораживало. Теперь появилась возможность разобраться, где барокко, а где готика, и в одну кучу их больше не валить даже в песенках.

"Готика" Эндрю Мартиндейла и "Барокко и рококо" Жермена Базена - западные бестселлеры почти сорокалетней выдержки. Но с популярными книжками дело обстоит иначе, чем с научными монографиями: со временем они не устаревают, а лишь набирают тиражи.

Готика для Джейн

Вкрадчивый, почти интимный стиль Эндрю Мартиндейла подкупает с первых строк. Даже не со строк, а с посвящения. "Посвящается Джейн". А дальше, словно для этой самой таинственной, Джейн автор мелодично и ненавязчиво рассказывает, что термин "готика" долгое время был ругательным, и лишь с ХVIII века перестал быть таковым; что средневековое искусство по преимуществу безымянное; что готика напрямую связана со схоластикой, а схоластика - это такой способ мышления.

Не вступление к искусствоведческой книге, а сказка на ночь, настолько все доступно, простодушно и при этом абсолютно точно. Все основные понятия не "вводятся автором", а как-то сами собой выплывают из контекста и послушно укладываются в голове. А чужеродные и ничего не говорящие простому человеку имена аббата Сугерия, философа Иоанна Скота Эригены, архитектора Гийома из Санса быстро обрастают историями и высказываниями, набирают объем и человеческую теплоту, становясь узнаваемыми. Грешным делом даже подумаешь: и зачем я в университете Дворжака с Панофским штудировала, когда все так просто и ясно уже на первых восьми страницах.

В этом-то и мастерство написания хороших популярных книжек: забудь, что ты специалист и магистр, и напиши о своем предмете так, как хотел бы рассказать о нем ребенку или милой глупенькой Джейн.

Кко и коко

Жермен Базен, как и положено французу, не рассюсюкивает подолгу с читателем и чай с молочком на ночь не заваривает. Это англичане пусть размазывают свою геркулесовую кашу на восьми страницах вступления. А здесь все жестко, коротко и по делу. Когда появился термин барокко, когда - рококо, в какой исторический период эти стили процветали и каким образом соотносились с классицизмом. И что по этому поводу сказал Вельфлин, и как не прав был Тэн.

Не вступление, а энциклопедическая статья, все признаки и противоречия стиля барокко налицо. А в качестве закрепления материала - подробная характеристика политической, экономической и культурной ситуации на тот самый "барочный" момент. Базен по-французски дидактичен, энциклопедичен и слегка высокомерен. Это - другой способ написания хорошей популярной книжки.

А дальше в любом случае - все традиционно. "Галопом по Европам", так сказать. Искусство ХVII века: Италия, Испания, Фландрия, Голландия, Германия, Польша и Россия, Франция, Англия.

Искусство ХVIII века: Италия, Франция, Испания и Португалия, Центральная Европа, Польша и Россия, Нидерланды, Скандинавия, Великобритания.

Стиль утверждает архитектура. Подтверждает скульптура. Развивает живопись. Поддакивает прикладное искусство. Согласно этой схеме Базен и строит свое повествование.