Александр Желенин Евросоюз вновь продлил санкции против ряда чиновников Белоруссии еще на один год, до 10 апреля 2008-го. Эти санкции, которые белорусская оппозиция называет «точечными», подразумевают ограничения на въезд и замораживание счетов Александра Лукашенко и нескольких десятков высокопоставленных лиц из его окружения.
Незадолго до принятия решения Минск посетила делегация Евросоюза во главе с Хавьером Соланой. В столице Белоруссии ее члены встречались и с представителями власти, и с представителями оппозиции. Эти встречи, видимо, привели европейцев к мысли, что санкции отменять рано.
Один из лидеров местной оппозиции, глава Объединенной гражданской партии Белоруссии Анатолий Лебедько в интервью «НГ» прокомментировал провал официального Минска следующим образом: «Лукашенко поменял риторику, но это не свидетельствует об изменениях в его внутренней политике. Он сейчас в таком состоянии, что готов выкрасить свою резиденцию в цвета европейского флага. Поэтому европейцы поступили как в известном фильме: утром стулья – вечером деньги. То есть вначале реальные изменения, а только потом корректировка по отмене этих точечных санкций. Мы уже говорили, что должно произойти. Это и освобождение политзаключенных, и возможность печатать оппозиционные газеты в Белоруссии, а не в Смоленске, и изменения избирательного законодательства, которое позволило бы проводить выборы, а не их имитацию, и, в конце концов, возможность просто нормального функционирования политических партий».
Таким образом, можно констатировать факт: попытка прорыва блокады на Западе, предпринятая белорусским президентом после нефтегазового кризиса в отношениях с Россией в конце 2006 года, не удалась. Тогда Лукашенко, казалось, был готов с разбега броситься в объятия Запада, тем более что европейский бизнес присутствует в Белоруссии в значительно больших масштабах, чем российский. Однако Запад, как видим, не спешит раскрывать объятия для Лукашенко. И дело здесь не только в «авторитарных наклонностях» белорусского президента и нарушении им прав оппозиции. В конце концов все познается в сравнении и Белоруссия не самая авторитарная страна на территории бывшего СССР... Помню, как меня в один из приездов в эту республику поразило, что оппозиционная пресса продавалась в Минске в... государственных киосках. И между прочим, еще год назад печаталась тоже в государственных, подконтрольных Лукашенко, типографиях Белоруссии (правда, перед последними президентскими выборами в 2006 году эта «халява» для оппозиции закончилась. Теперь она печатает свою прессу в соседней Смоленской области).
И все же основная причина, по которой европейские комиссары, поразмыслив, отказали Александру Григорьевичу во взаимности, лежит, как представляется, не столько в области прав человека, сколько в сфере геостратегических соображений. Европа выбирает между огромной стратегически важной в военном и энергетическом плане Россией и маленькой, не имеющей никаких ресурсов Белоруссией. Понятно, что если бы Запад вдруг ввел для Белоруссии тот же режим благоприятствования, что и для, скажем, Украины и Грузии, это означало бы максимальное ухудшение и без того натянутых отношений ЕС с Россией, которая, впрочем, также не собирается восстанавливать отношения с Лукашенко – наш развод просто перешел из стадии бурной ссоры в стадию рутинного разбирательства.
Короче, взвесив все «за» и «против» (особенно сопоставив уровень сотрудничества Россия–ЕС, с одной стороны, и ЕС–Белоруссия, с другой), еврокомиссары, видимо, решили, несмотря на имеющиеся у них претензии к России по части прав человека: менять Путина на Лукашенко – это все же перебор. Во всяком случае, пока...
