Дарья Коробова Интересно, расстроится ли режиссер Андрей Житинкин, если некий театральный критик на страницах некоей газеты эдак прямо заявит: "Режиссер Житинкин смог-таки исхитриться и поставить хороший спектакль"? Впрочем, не стоит переоценивать самомнение критика и дурные наклонности режиссера. Не так уж они и дурны, если спектакль вправду удался.
"После эротико-мистического триллера Оскара Уайльда "Портрет Дориана Грея" и экспрессионизма "Лулу" Франка Ведекинда позвольте представить вам, мой дорогой зритель, экзистенциальную драму гениального Альбера Камю". Сильно сказано. Это краткая выдержка из множественных пояснений к спектаклю, напечатанных в программке. Такое нынче поветрие - готовить малограмотного зрителя к представлению еще до его начала. Зря, ничего сверхъестественного зрителей не ожидало. Постановка пьесы "Калигула" в Театре на Малой Бронной вышла ясной, выдержанной в чистоте стиля и увлекательной ровно настолько, насколько велико было наше сочувствие центральному персонажу - Гаю Цезарю Калигуле.
Рассуждениями о многосложной сути пьесы и экзистенциализме в частности можно было бы занять все печатное пространство данного издания - потому не стоит. Скажем только, что Калигула - величайший в театральной истории поэт, идеалист и мученик, тщетно истязавший доступную ему часть рода человеческого, дабы обрела она свободу. Дабы отважилась на протест и поступок. Персонаж, равновеликий, скажем, Гамлету. Так же был ненавистен и так же убит. Постановка подобной драмы налагает некие эстетические обязательства - и рядить Калигулу в рюши Житинкин не стал.
Но зато подробно - без истерики и дешевых театральных манипуляций - проследил историю его чувств, его болезненной скорби по человечеству и самому себе. Калигула в исполнении Даниила Страхова - герой совсем еще молодой. Ему бы девушек любить, а не тревожиться о мироустройстве. Именно поэтому он так отчаянно непреклонен - совсем по-мальчишески. Этот Калигула ломается, болеет душой, как могут это делать только подростки, еще не сделавшие всех открытий. В истории Калигула появляется безо всякой одежды, новорожденным царедворцем, но уже раненным собственной идеей: "Решил занять место судьбы". К финалу он приходит со словами: "Я выбрал неправильную дорогу, но увидел достаточно". Без разочарования. С горечью.
Наверное, сказывается обаяние пьесы, но и спектакль Житинкина наблюдать любопытно. Все, что есть в нем кичевого и вроде как вызывающего, не оскорбляет вкуса. В постановке есть приметы простой, прочитываемой театральности - иногда слегка вычурной, но и нечрезмерной. А также - история вполне человеческая, доступная в равной мере и уму и сердцу. Житинкин удивил простотой. Уже это достойно уважения.
