Анастасия Попова
На фото сцена из балета "Русский Гамлет". Фото пресс-службы театра Бориса Эйфмана
Двухнедельные гастроли театра Бориса Эйфмана на исторической сцене Большого театра открылись московской премьерой новой редакции балета «Русский Гамлет» на музыку Людвига ван Бетховена и Густава Малера. Спектакль о трагической судьбе самого загадочного русского императора – Павла I не претендует на историческую достоверность, зато пытается погрузить зрителя в психологические бездны.
Где проходит грань между разумом и безумием, безграничной властью и бесправием, публичным образом жизни и одиночеством – на эти вопросы каждому хореограф предлагает ответить самостоятельно. А в качестве ведущей темы балета – избирает не правление императора, а существование юной, незапятненной грехом души в жестоком мире аристократии.
События спектакля охватывает период наследничества Павла, не показывая его восхождение на трон и последующего кровавого убийства. При этом «умирает» герой в каждой сцене: насильственная гибель отца (Петра III), постоянно обостряющиеся отношения с матерью (Екатериной Великой), первое чувство и его утрата (убийство супруги Натальи Алексеевны фаворитом императрицы) оказываются для юноши роковыми. Драматические потрясения разрушают психику персонажа: к моменту своей коронации Павел приходит измученным, глубоко больным человеком.
Противостояние Наследника и его окружения заложено Эйфманом в музыкально-хореографической драматургии балета. Для искрящихся весельем массовых эпизодов постановщик выбирает оптимистичные первые части и скерцо симфоний Бетховена. Для пронзительных сольных монологов героя - лирико-трагические адажио и скорбные малеровские финалы.
При пластической изощренности и тех, и других, главное достоинство спектакля – выразительные, выполненные на острие ножа ансамбли. Особенно впечатляет терцет Екатерины, Павла-ребенка и взрослого Павла-наследника), с фирменными эйфмановскими подбрасываниями и выкручиваниями партнерши. Нельзя не отдать дань солистам труппы Эйфмана - Олегу Габышеву (Павел), Марии Абашовой (Императрица), Любови Андреевой (супруга Павла), технически и актерски выложившимся по-максимуму.
Несмотря на мрачный психологизм балета, ощущения безысходности у зрителя не возникает. Преодолевается оно, во многом, благодаря роскошной сценографии. Художник Вячеслав Окунев сочинил монументальную декорацию с изображением солнца (символ императорской власти), подчеркнул тела и движения танцовщиков стильными аксессуарами – чего стоит хотя бы шлейф платья Екатерины, перекрывающий всю сцену. Автор световой партитуры Александр Сиваев искусно использовал контрафактурное освещение — часто вместе с исполнителями на сцене мелькают их тени.
