О перемене ролей и консерватизме общества

Фото агентства городских новостей "Москва"

Всероссийский центр изучения общественного мнения (ВЦИОМ) опубликовал результаты опроса, посвященного трудовой мотивации. 85% опрошенных заявили, что им «скорее нравится» их нынешняя работа. При этом лишь 30%, по их собственным словам, при выборе профессии или работы руководствовались собственными увлечениями и интересами. Для 35% «так сложились обстоятельства». Больше половины россиян (56%) остались бы на своей работе, даже если бы заработали достаточно денег, чтобы не работать вовсе, а две трети (68%) полагают, что высокое качество труда не скажется на размере их зарплаты.

Отдельный опрос на тему трудовой мобильности провела рекрутинговая компания Hays. Он показал, что половина (51%) россиян готова поменять место жительства ради работы, причем треть – ради более высокой зарплаты. Впрочем, нельзя сказать, что опросы Hays и ВЦИОМ рисуют разные картины общества. Переезд в другой город, где трудовые перспективы лучше, – нормальный, естественный процесс. Показательно, что многие опрошенные граждане хотели бы такой перемены на 2–3 года, после чего предпочли бы вернуться на прежнее место. Другими словами, речь не идет об изменении жизни. Речь идет, по сути, о командировке.

Исследование ВЦИОМ представляет общество достаточно консервативным и конформистским. Особенно показательно желание остаться на своей работе, нередко доставшейся в силу обстоятельств или отсутствия выбора, даже тогда, когда в этом нет никакой финансовой необходимости. Это лишь на первый взгляд характеризует человека как трудоголика. Скорее он не может перебраться на следующую ступеньку в иерархии потребностей, не хочет, обеспечив себе финансовую базу, заняться, например, самореализацией или начать новое, свое дело.

Для консервативного социума характерно добровольное воспроизводство общественной матрицы. «Правильным» устройством является такое, при котором все люди остаются на своих местах и продолжают играть свои роли. Бухгалтер в этой матрице не должен становиться, например, дизайнером, даже если бухгалтером он оказался вынужденно, давно себя исчерпал на этом месте, заработал достаточно денег и обладает другими талантами. Бухгалтер должен оставаться бухгалтером, потому что иначе общественные контуры начинают размываться. Современная модель социума, напротив, предполагает подвижность ролевых структур и максимальную мобильность, причем речь не обязательно идет о переезде из одного города в другой. В России смена ролей остается выбором меньшинства.

Сложившаяся модель общества, его ментальные привычки вполне, как представляется, совпадают с интересами действующей власти и политическими тенденциями последних 20 лет: если все хорошо или по крайней мере лучше, чем было до этого, то зачем что-то менять? За 20 лет дискурс стабильности сменился дискурсом консерватизма, скреп, устоев, традиционных ценностей. Обществом, в котором каждый занимает свое заранее определенное место, легче управлять, чем обществом современным. Одновременно власть осознает необходимость экономических и технологических скачков, но из-за подавленной предприимчивости внизу она сама и вынуждена выступать в роли инноватора.

Скептическое отношение к переменам, риску, началу с нуля, мягко говоря, не помогает обществу подготовиться к неизбежным экономическим кризисам, когда работа не гарантирована никому. Одна из успешных моделей кризисного поведения – это как раз смена ролей, отказ от старого, даже ставшего родным, в пользу обучения новому. Если у человека нет к этому привычки, психологической готовности, он погружается в депрессию. Общество с низкой мобильностью – это общество, привыкшее к гарантиям, и исполнения обязательств оно потребует у власти – в самый трудный момент.