Фото Reuters
Лучше плохое, но свое, чем хорошее, но чужое. И речь сейчас не только о футболе. Да, чемпионат мира по футболу не дает нормально спать, но есть вещи и поважнее футбола. Та же литература. Они, конечно, очень похожи – футбол и литература. Потому что каждый зритель и каждый читатель прекрасно в них разбирается. И в этом утверждении нет иронии. Для кого пишет писатель? Правильно, для нас, для читателей. Для кого бегает по полю футболист? Совершенно верно, для нас, для зрителей. И никакой искусственный интеллект (ИИ) никогда не заменит настоящую игру, настоящую литературу.
Хотя, конечно, пытается.
Но так было и раньше. Многие переживали за судьбу театра, боялись, что его «убьет» кинематограф. И что? Театр жив, туда ходят зрители. Смотрят на настоящих, живых актеров. Стадионы тоже не пустуют. Не пустуют и литературные клубы, кафе и прочие арт-пространства. Потому что настоящее живое выступление нравится гораздо больше, чем ненастоящее и неживое. И зрители охотно слушают не только песни или стихи, зрители с интересом слушают и прозу. И писатели не менее охотно ее читают.
Издатели сейчас, конечно, волнуются. Издатель тем и отличается от писателя, что ему не важны текст, автор текста и качество текста. Издатель должен продать свой товар. Издатель сейчас находится в положении владельца театра 100 лет тому назад. Образованный и умный издатель не боится ИИ. Талантливый писатель тоже не боится ИИ. Читателю, казалось бы, все равно. Но нет. Читателю тоже приятно, что живой, настоящий человек сидел за компьютером и колотил по клавиатуре. Это как театр. Как футбол на стадионе.
Вполне возможно, что на книжках и впрямь будут указывать «Написано человеком». И кто-то будет нечестен, так его уличат, докажут, что он нечестен. Раньше некоторые выдавали чужие тексты за свои. Их уличали. Теперь мошенникам от литературы, наверное, проще. Можно сгенерировать текст, а потом выдать его за свой.
Но, знаете, до появления телефонов не было и телефонных мошенников.
Что ж теперь на этом основании отказываться от телефонов?
Так и с искусственным интеллектом. Это интересный (очень интересный!) продукт. Талантливому писателю он поможет, а бездарного не спасет. Если издатели станут маркировать книги (сами или обяжет государство) – это не погубит литературу. Прогресс не остановить. Но и не надо его останавливать. Надо приспосабливаться, надо просто жить и работать в новых условиях. Вся история человечества учит нас одному простому правилу: не паниковать. Когда-то не было письменности, не было книгопечатания, не было компьютеров. Поэзия, вполне возможно, так и появилась – ритмизованный текст легче запомнить. А какие-то знания надо было передавать из поколения в поколение. Шли годы, столетия и тысячелетия. Знания – с помощью поэзии – передавались. И вот появилась письменность. Казалось бы, необходимость в поэзии отпала. Но поэзия никуда не делась. Отпала одна из ее функций. Схожая история была в советское время с литературой. Литература в советское время заменяла очень многое, отчасти заменяла она и религию. Советская власть кончилась, религия заняла свое место, но литература все равно осталась.
С ИИ примерно такая же история. Кого-то вполне устроит ИИ-литература. На здоровье. Читайте.
Кому-то будет важно, что «текст написан человеком». Прекрасно. Читайте. Какие-то произведения будут созданы в сотрудничестве человека и не человека. Замечательно.
Не надо бояться будущего. Оно все равно придет. Оно придет, но оно не будет таким ужасным, как нас пугают. Правда, не будет оно и столь прекрасным, как нас прельщают. Но театры не закроются, футболисты будут бегать по полю, а сочинители продолжат сочинять свои утопии и антиутопии. ИИ всем нам в помощь.
Ольга Соловьева 
