Долгоиграющий орден

- Орден Куртуазных маньеристов оказался самым, пожалуй, долгоживущим объединением в нашей литературе. Соцреалисты - не в счет. Можно подводить некоторые промежуточные итоги, да?

- Сегодня, когда Орден отмечает 14-ю годовщину своего основания, уместно вкратце вспомнить его историю. Ныне с нами уже нет Дмитрия Быкова, избравшего обособленную литературную карьеру; погиб в боях за свободу Абхазии Александр Бардодым; ушел в шоу-бизнес Виктор Пеленягрэ┘ Мы скорбим об утратах, но и приобретения наши весомы: в Ордене теперь состоит нижегородец Александр Скиба, куртуазнейший из куртуазных маньеристов; питерец Александр Тенишев, мастер галантного романса; москвич Александр Вулых, корифей куртуазной баллады.

Наш дрейф в сторону киберманьеризма означает усиление внимания к социуму, к нынешней жизни общества во всех ее срезах. Но жизнь, как и прежде, рассматривается нами с точки зрения осененного Эросом человека - потому-то фирменный брэнд "Орден Куртуазных маньеристов" и не утратил своей правомерности.

Кому-то больше по сердцу маркизы, фижмы, беседки - тот поэтический антураж, который был характерен для Ордена конца 80-х. Теперь же мы рисуем маньяков, растлителей, наглых богачей и просто циничных матерщинников┘

- Ну и как будете праздновать годовщину Ордена?

- Дабы достойно отметить свой день рождения, Орден намерен провести, во-первых, всепьянейшую ассамблею в усадьбе "Кусково" 20 декабря и поэзоконцерт в музее Маяковского 22 декабря. О концерте распространяться не стоит - все равно словами этого не передать. В Кускове же будут ряженые, старинная музыка, чтение стихов, песни, жареное мясо, разнообразные закуски, доступные дамы, выставка галантного живописца Виталия Ермолаева и в изобилии продукция спонсора мероприятия - некоего водочного завода.

- У вас были проекты, посвященные юбилею известного русского поэта Баркова, фигуре неоднозначной, можно сказать, скабрезной...

- К скабрезности в литературе, к табуированной лексике и в связи с этим к фигуре Баркова мы относимся сдержанно, так как всякое заведомо ограниченное явление не способно удовлетворить истинного творца. Однако художественной выразительности можно достигать, в том числе и рассматривая скабрезные предметы.

Тогда становится оправданной и скабрезность в литературе, и соответствующая ей лексика, - разумеется, если они не тормозят творческой эволюции автора, если он на них не зацикливается. А в порядке артподготовки перед днем рождения Ордена 19 декабря в клубе "Моррисвилль" мы проведем вечер памяти Баркова. Разумеется, детей и нежных барышень на этот вечер приводить не стоит.

- К годовщине со дня основания Ордена вы выпустили новую книгу с причудливым названием. Что в ней?

- Причудливое название новой книги Ордена "Песни сложных устройств" (издательство "Материк") объясняется тем, что во многих вошедших в книгу произведениях явственно звучит кибернетическая тема, ставшая в последнее время мировоззренческой основой деятельности Ордена. Отсюда, а вовсе не от природы и произрастают в нас бытовая разнузданность, цинизм и тяга к стяжательству.

Но необходимо надеяться на лучшее: наши творческие принципы не терпят окостенения, а потому на новом витке нашей эволюции мы станем лучше и чище - как в эстетическом, так и в человеческом смысле.

- Значит, глядите в будущее с оптимизмом... И, кстати, как вы относитесь к субординации - ведь понятие Ордена предполагает строгое подчинение?

- Залогом оптимизма служит наличие у Ордена прочного костяка в лице Вадима Степанцова, Андрея Добрынина и Константэна Григорьева. У всех этих людей имеются звания и посты в орденской иерархии, но они столь сложны и таинственны, что приводить их не стоит.

Творческой субординации в Ордене не существует, иначе он давно пал бы жертвой внутренних разборок и столкновения самолюбий. Но есть субординация, основанная на авторитете: любой из нас знает, в чем силен каждый из его товарищей, и готов принимать к исполнению его советы. Пусть сказанное послужит добрым примером для всех тех, кто намеревается создать какое-либо творческое сообщество.

Куртуазным маньеристам в награду за их житейскую мудрость, незлобивость и уживчивость судьба послала высочайшую для художника награду - возможность жить за счет собственного творчества. Литературой и в большей или меньшей степени доходами от шоу-бизнеса живут Степанцов, Григорьев, Вулых и я. Тенишев и Скиба подумывают о том, чтобы полностью связать свою жизнь с Музой.