0
4845
Газета Идеи и люди Печатная версия

14.06.2013 00:01:00

В путах общинного сознания

Первоочередная задача сегодня – выработка объединяющей идеологии

Олег Носкович

Об авторе: Олег Игоревич Носкович – кандидат физико-математических наук.

Тэги: идеология, протест


идеология, протест Протестующие – такие же, как прочие люди. Они выходят на улицы по своему собственному велению. Фото Сергея Приходько (НГ-фото)

Любой из нас поступает в отношении других согласно своим внутренним установкам, часто не вполне осознанным. Общественный организм, являясь совокупностью индивидов, тоже функционирует согласно определенным установкам, пусть зачастую не сформулированным в явном виде. И вот парадокс: большинство из нас люди, что называется, моральные, но общество наше в значительной мере аморально. Трудно иначе охарактеризовать систему со столь диким уровнем коррупции и воровства, со столь пренебрежительным отношением к закону, с огромным количеством заброшенных и никому не нужных людей.
Почему так? Думается, все дело в архаичности нашего сознания. По отношению к государственным институтам и власти как таковой оно застряло в давно минувших веках, на уровне общинного восприятия действительности, которому свойственно вникать лишь в то, что лежит в пределах физической видимости. Мы приучены к тому, что правила морали несомненно и безусловно применимы лишь к тем, кто находится в пределах нашего круга общения, а тех, кто вне его, как бы и не существует вовсе. Все, что творится за пределами физически нами воспринимаемого, от нас никоим образом не зависит, и мы, следовательно, не несем за это никакой моральной ответственности. В России личность не чувствует ответственности за происходящее в общественном пространстве, не несет ответственности за государство, и отсюда возникает серьезнейший разрыв между частным и общим, между личностью и государством.
Требования нашего гражданина к государству и институтам власти ограничиваются минимумом жизненно необходимого – обеспечением безопасности и прожиточного минимума, а требования более высокого порядка не считаются обязательными. А ведь именно их выполнение привело наиболее успешные государства, именуемые странами западной демократии, к самому высокому в мире уровню жизни. Все эти требования высокого порядка, по сути, можно объединить в одно – требование обеспечить личности свободу реализации.
Спрашивается: при чем здесь мораль, какова корреляция между уровнем общественной нравственности и уровнем жизни общества? Самая прямая, поскольку описанный выше образ жизни немыслим без реализации принципа равенства всех перед законом, хотя бы примерно одинаковых стартовых возможностей, равной конкуренции, искоренения коррупции. Но – не получается. И виной всему все то же архаическое сознание, для коего действие любой идеи прекращается там, где заканчивается личное пространство, а идея справедливости сводится к требованию обеспечения справедливости для себя и своих близких. Архаичность сознания не позволяет трансформировать личные переживания от увиденного и услышанного в рациональные действия по отношению к государству.
Мы и наши истины
Важнейшая особенность общинного сознания – его крайне слабое умение взаимодействовать с государством и добиваться от него осуществления элементарных требований, не говоря уже о требованиях высокого порядка. Чтобы что-то требовать, нужно четко знать, во-первых, что именно, во-вторых, каким образом достигается исполнение требований, и в-третьих, как контролировать ход исполнения. А общинное сознание не имеет навыка самостоятельного осмысления и решения общественных проблем, поскольку, ориентируясь на семейное пространство, организацию всего остального полностью отдает в руки власти. Не потому, что ей доверяет, а просто не видя для себя иного выхода.
Самое главное, что подразумевает общинная форма сознания, – существование личности в системе абсолютных истин. Свое кровное, родное – оно и есть самое правильное и единственно верное. Если ты придерживаешься демократических убеждений, то все иные убеждения – неправильные; если ты, напротив, не сторонник демократии, то демократические убеждения – это чушь собачья. Если ты верующий, то пусть неверующие и имеют право быть таковыми, но все равно они какие-то ущербные в духовном плане люди и их следует наставлять на путь истинный; если ты атеист, то верующие, хоть и милые люди, но все ж таки умственно недалекие, и не мешает поставить им это на вид. В основе такого сознания – абсолютная внутренняя убежденность в том, что правда может быть лишь одна, на то она и правда. Посмотрите хотя бы на обмен мнениями, который наиболее продвинутая часть нашего общества ведет в Интернете. Это не то что подобием дискуссии, а и обменом мнениями в прямом смысле слова назвать язык не поворачивается. Для общинного сознания огромная трудность заключается в том, чтобы не на словах, а внутренне выстраданно осознать относительность правды, равноправное существование различных мировоззрений. Единственная основа, на которой такое возможно, – общечеловеческая мораль, универсальное, а не выборочное ее применение. Но категорическое требование к себе быть действенно моральным по отношению ко всем без исключения членам общества фактически означает жесткое требование следить за соблюдением закона и норм общежития по отношению к тем, кто не такой, как ты, к тем, кого ты не знаешь и никогда в жизни не узнаешь. Только лишь массовая включенность граждан в жизнь общества по принципу «один за всех, и все за одного» способна привести к верховенству закона, равенству прав, к свободе реализации личности и неуклонному повышению уровня жизни.
Общинное сознание преодолевается интеллектуально-образовательно, духовно-нравственно и традиционно-поведенчески. Первое и второе достигается умственными и душевными усилиями и свойственно личностям, способным и расположенным к самосовершенствованию. Меньшинство формирует образцы поведения, которые затем в силу их успешного применения – потому как выгодно поступать так, а не иначе, – принимает и перенимает большинство, и таким образом формируется традиция поведения. Что, средний американец или средний европеец посредством напряженных размышлений и мучительных духовных исканий обрел понимание общечеловеческой морали? Не думаю, что это так, что он вообще задавался подобной проблематикой. Просто в силу особенностей исторического развития в западном обществе давно укоренилась традиция такого поведения, которая позволяет неискушенному гражданину взвешенно и грамотно взаимодействовать с государством. И для России возникновение, сознательное поощрение и закрепление традиции такого поведения, когда гражданин на равных контактирует с государством, представляется крайне важным фактором общественного бытия.
Предвижу сомнения: а зачем нам вообще решать проблему общинного сознания? Что плохого в том, что в России таковое преобладает? Ну, во-первых, если пускать дело на самотек, не видеть цели процесса и не руководить им должным образом, то само собой может сложиться все, что угодно, – «хотели как лучше, а получилось как всегда». Во-вторых, у России нет времени в условиях жесточайшей мировой конкуренции полагаться на естественный ход событий. Если наша экономика в ближайшее время не начнет превращаться в экономику массовых творческих решений, каковыми являются передовые экономики планеты, то России несдобровать и не удержать свою судьбу в собственных руках. Общинное сознание представляет собой страшный тормоз, в первую очередь на пути экономического развития. Какие массовые творческие решения могут быть при нынешнем уровне подготовки специалистов, когда с начальной школы они заточены не на получение знаний, не на обучение самостоятельному мышлению, а на получение хорошей оценки? Какие могут быть успехи у российского предпринимательства при чрезвычайно низком уровне свободы самореализации, когда не до жиру, быть бы живу? Как можно говорить об искоренении бюджетного воровства без серьезного общественного контроля?
Власть и раскол общества
Задача власти в демократическом государстве, к коему по форме устройства относится Россия, – обеспечение спокойствия и процветания граждан. Но у нас не проводится на практике и даже не сформулирована внятная стратегия развития. Непонятно, что мы строим, и это при том, что выбор возможных задач строительства невелик. Либо мы строим общество по типу западной демократии, либо национально ориентированное государство с элементами тоталитаризма, либо нечто особенное, своего собственного сочинения. Складывается впечатление, что мы строим одновременно и первое, и второе, и третье. Однако, как ни странно, ничего противоестественного в таком положении вещей нет, и не оно страшнее всего. Дело в том, что российское общество расколото, в нем в той или иной мере представлены все настроения, лежащие в основе каждой из упомянутых моделей, и в подобной ситуации любая ответственная власть вынуждена отдавать должное каждой социокультурной группе. Сейчас Россия проходит стадию просвещенного авторитаризма, ибо при неготовности общественных групп к диалогу только такая фактически директивная форма правления позволяет избежать прямого их столкновения и не потерять управление страной. В определенных условиях просвещенный авторитаризм является наиболее мягкой и эффективной из всех возможных форм правления. Однако положительный эффект от него наблюдается до тех пор, пока он выступает в качестве арбитра и, будучи равноудаленным от всех общественных групп, позволяет им развиваться, крепнуть, становиться сдержанным и ответственным участником политического процесса, действующим исключительно в рамках закона.
Страшнее всего то, что российская власть явно перестала находиться над схваткой, а встала на сторону самой большой части общества, но лишь части его. Уже одно это чревато прямым скатыванием если не к мягкой форме тоталитаризма, то к частным ее проявлениям.
Чем объясняется неприятие властью той части населения, которая активно выражает свое неудовлетворение нынешним состоянием дел в стране?
Возможно, тем, что власть не в состоянии заметить различие между людьми оппозиции и так называемыми лидерами оппозиции, отождествляет их. Вдумчивому непредвзятому наблюдателю очевидно, что демократически настроенные люди – условно назовем их пришедшими на Болотную площадь – публично протестовали по своему собственному велению, а не по призыву организаторов. У оппозиции нет настоящих лидеров, достойных тех, которых они хотят возглавить.
А может быть, того хуже, власть отказывает множеству личностей в способности принимать самостоятельно осмысленные, независимые от вообще чьей-либо воли решения...
Даже если люди с белыми лентами в чем-то неправы, то власти нужно с ними разговаривать, а не отворачиваться и не считать чуть ли не врагами. Власть же не хочет или не умеет работать на благо страны с теми, кто это благо видит по-иному. Почти враждебное поведение власти по отношению к той части граждан, которая преодолела или преодолевает общинную форму сознания, заставляет думать, что она сама в значительной мере пребывает во власти общинного сознания. Что ведет к печальным последствиям. Почему? Потому что любая серьезная устремленность в будущее базируется на фундаментальной идее о том, что собой представляет это самое будущее и за счет чего оно достигается.
Таких идей всего две, хотя вариаций множество. Одна – идея всеобщего равенства, базирующаяся на общечеловеческой морали и предполагающая преодоление общинного мышления. Другая – идея какой-либо исключительности по национальному, религиозному, социальному или какому-то иному признаку, предполагающая действия, диктуемые общинным мышлением. Ни национальную, ни религиозную исключительность власть не допустит: они ведут к мгновенному распаду государства. Социальную исключительность мы проходили в советское время, и повторение ее невозможно. Никаких других более-менее приемлемых для России идей исключительности, то есть питательной почвы для общинного сознания, не просматривается. Зато многими своими элементами идеология западной демократии – самая что ни на есть питательная почва для преодоления общинного сознания. Так что власти приходится действовать по принципу «всем сестрам по серьгам».
Индивиды постоянно взаимодействуют и сталкиваются. Без правил будет хаос.	Фото Reuters
Индивиды постоянно взаимодействуют и сталкиваются. Без правил будет хаос.    Фото Reuters
У современной России нет общепринятой идеологии, а без таковой нельзя вразумительно сформулировать цели развития. А если нет общезначимых целей, то куда мы вообще стремимся и чем занимаемся? Одни занимаются выживанием, другие обогащением, третьи ничем не занимаются вообще. И все сами по себе. В таких условиях власть занята лишь решением тактических задач, всеми силами стараясь сохранить существующий порядок.
Новая политическая сила
Между тем в России родился и крепнет новый для нее тип массового сознания, ориентированный на интеллектуально активное постижение действительности, в отличие от созерцательно-пассивного, присущего общинному типу сознания. Этот новый тип сознания – назовем его глобальным – преодолел или преодолевает общинное миропонимание и является базовым для построения общества равных возможностей. Однако чтобы стать фактором, значимо влияющим на всю нашу реальность, глобальному сознанию требуется оформиться в политическую силу, для чего необходимо следующее.
Первое. Обрести собственную идеологию, вытекающую из ключевых положений, лежащих в основе мировоззрения носителей глобального сознания. Для такого мировоззрения не нуждается в доказательствах и безусловна на чувственном уровне убежденность в том, что свое будничное поведение надо строить, имея в виду абсолютно равное право каждого на «жизнь, свободу, стремление к счастью», как то еще в 1776 году было провозглашено Декларацией независимости США. Отсюда следующая бесспорная идея – идея ответственности: ведь коли каждый имеет право, то избежать столкновений при реализации прав можно только при взаимном уважении, и значит, при определенном самоограничении. Здесь важно отметить различие понятий свободы и воли. Воля – это, говоря бытовым языком, «что хочу, то и ворочу». Свобода же – это всего лишь возможность иметь право выбора. Например, я попал в такую дорожную ситуацию, что все участники движения имеют равные права на движение. Однако если я начну реализацию своего права на проезд, то своим действием создам пробку, а если в определенной мере им поступлюсь, то, причинив себе некоторые неудобства, не затрудню общественного движения. У меня имеется выбор и никто меня его не лишает – такое положение дел и есть свобода. А дальше я по собственному разумению этим выбором, этой свободой пользуюсь. Если я, игнорируя права остальных, стану реализовывать собственное право, то я сделал выбор в пользу воли. Если же я пошел на самоограничение и попытался содействовать гармоничной реализации права каждого, то я сделал выбор в пользу ответственности.
Второе. Идеология позволяет множеству людей духовно объединиться на основе сходных жизненных позиций. Она ставит глобальные цели и очерчивает допустимые пути их достижения. Они находят отражение в политической программе. На настоящем этапе своего становления глобальное сознание, не имея четкой, идеологически обоснованной программы конкретных общественных действий, политически беспомощно. Принципы, положенные в основу политики глобального сознания, видимо, должны включать следующее.
В условиях, когда российская реальность представляет собой поле непрерывного столкновения общечеловеческих ценностей с личностными и общинными ценностями, политической практике глобального сознания целесообразно строиться на принципах «не навреди, разъясни, сделай». «Не навреди» означает, что в погоне за своим идеалом ни в коем случае нельзя игнорировать интересы носителей иных идеалов, а необходимо соотносить с ними все свои действия в духе идеологии гуманного выбора. Отсюда также следует разумное отношение к власти, а именно сотрудничество с нею и поддержка в случаях верного ее подхода к разрешению каких-то общественных проблем. «Разъясни» означает каждодневное объяснение текущих событий с точки зрения своей идеологии. «Сделай» означает безусловное сохранение самоидентичности и учет того, что действие есть основной рычаг влияния на реальность. Эволюционно-гуманистический подход к достижению целей диктует и соответствующий набор действий, из коего исключается все, что связано с насилием. Идеология ненасильственного протеста, разработанная Махатмой Ганди и Мартином Лютером Кингом, предлагает множество способов выразить свое отношение к происходящему, и для этого современное коммуникационное пространство дает огромное поле возможностей. Причем принципиально важным представляется умение предложить всем заинтересованным сторонам понятный и приемлемый для них способ решения проблемы, являющейся предметом протеста.
Третье. Даже вооруженное идеологией и политической программой, но не имеющее лидеров на всех уровнях своей структуры движение организационно мертво. И проблема отсутствия лидеров – самая серьезная для утверждения глобального сознания в России. Если для создания идеологической и политической основы движения достаточно нескольких теоретиков, то претворение в жизнь заявленного требует большого числа личностей, мыслящих широко и глубоко, способных на практике грамотно и бережно совместить принципы гуманизма и демократии с реалиями общинного сознания, не скатиться в крайности и не опустить руки. Поэтому первоочередная задача – поиск и объединение идеологических единомышленников. Как писал в середине XIX века Алексис де Токвиль в своем знаменитом трактате «Демократия в Америке»: «Как только несколько человек в Соединенных Штатах приходят к какой-то идее, которую они хотят продвинуть, они начинают искать друг друга, и как только им удается наладить контакты между собой, они объединяются. Начиная с этого момента, они уже не одиночки, а заметная сила, деятельность которой служит примером для других и слова которой будут услышаны». Прекрасная площадка встречи единомышленников – Интернет. Там лидеры, сформировавшиеся через постановку и практику решения отдельных проблем снизу, начинают взаимодействовать между собой и выделяют из своей среды группу общественных деятелей, способных политически объединить мировоззренчески близкие личности.
* * *
В сегодняшней России власть не в состоянии дать обществу идеологию, отвечающую интересам всех его слоев, и от этого страдают и политика, и экономика. Носители глобального сознания вполне способны представить на суд общества идеологию, его объединяющую, но пока не сделали этого. Вот мы и «живем, под собою не чуя страны». И как долго без необратимого ущерба для страны это может продолжаться?

Комментарии для элемента не найдены.

Читайте также


Минсельхоз планирует перевести на дистанционный режим работы половину сотрудников

Минсельхоз планирует перевести на дистанционный режим работы половину сотрудников

0
98
Центробанк может улучшить прогноз по спаду ВВП РФ в 2020 году

Центробанк может улучшить прогноз по спаду ВВП РФ в 2020 году

0
106
Масочный режим поможет защитить сердца москвичей

Масочный режим поможет защитить сердца москвичей

Татьяна Астафьева

В столице врачи напоминают, как предотвратить заражение коронавирусом и гриппом

0
365
Анкару встревожил интерес Помпео к Криту

Анкару встревожил интерес Помпео к Криту

Игорь Субботин

Госсекретарь США, возможно, готовит вывод американских войск с турецкой базы Инджирлик в Грецию

0
364

Другие новости

Загрузка...