Ольга Кадикина Джонатан Свифт. Эротические приключения в некоторых отдаленных частях света Лемюэля Гулливера, сначала хирурга, а потом капитана нескольких кораблей./ Пер. с англ. Г.Крылова, И.Куберского. - СПб.: Институт соитологии, 2005, 448 с.
Джонатан Свифт, автор бессмертных "Путешествий Гулливера", был великим романистом, остроумным журналистом и непревзойденным мистификатором. Скрываясь под псевдонимом, написал множество памфлетов, вызвавших громкий политический резонанс. Выступал от лица чиновника, ученого-астролога, дублинского суконщика, некоего наемного писаки с Граб-стрит... Мистификации Свифта выглядели настолько правдоподобно, что находились люди, будто бы лично знавшие Лемюэля Гулливера...
Видимо, слава Свифта-мистификатора и послужила причиной появления на свет "Эротических приключений Гулливера". В предисловии от издательства история приобретения рукописи изложена вполне убедительно, с тем вниманием к деталям, которые и создают иллюзию правдоподобия (этим приемом не раз пользовался сам Свифт). Настораживает одно - авантюрно-игривый стиль, которым она изложена: "Молодой человек, многозначительно улыбнувшись, предложил нам ознакомиться с содержанием рукописи".
В той же манере написаны и сами "Эротические приключения": "Я на секунду закрыл глаза и вдруг ощутил прикосновение крохотных пальчиков. Неописуемое блаженство! Будто какая-то райская птичка пощекотала меня своим клювиком!" И дальше: ягодицы-вишенки, грудки-горошинки, тоненький ручеек волосиков...
Справедливости ради нужно отметить, что во второй части переводчик (или автор? Игорь Куберский - известный писатель, его перу принадлежат и несколько эротических романов) более сдержан в употреблении уменьшительных суффиксов: "Ни с чем не сравнимое ощущение охватило меня при этом соприкосновении с большой, горячей и влажной подвижной плотью ее языка".
Свифт, англиканский священник, человек желчный, мизантроп, не мог написать ничего подобного. Он не игнорировал тему сексуальных отношений, но решал ее в язвительной сатирической манере. Например, в истории, обыгрывающей утверждение, что "настоящий лев не тронет истинную девственницу". Содержание памфлета таково: в одном из приходов практиковался обычай впускать в клетку льва невесту, утверждающую, что она невинна. Если это соответствовало действительности, девушка оставалась жива. И вот "в клетку впустили молодую красивую девицу, которая двинулась навстречу льву с таким видом, будто ничуть не сомневалась в своей безопасности. Однако нас постигло разочарование, ибо лев поднял правую лапу, что было роковым знаком, и, подойдя вплотную к девице, принялся ее рвать. Несчастная испустила душераздирающий вопль и вскричала: "Лев прав! Я не настоящая девственница! О, Сафо! Сафо!" Нелишним будет сказать, что ни одна из девиц не выдерживает испытания.
Таков Свифт. А книга, выпущенная Институтом соитологии (вслушайтесь в это название!), - всего лишь эротический роман, написанный в антураже путешествий Лемюэля Гулливера. Добротный, качественный, но только при чем здесь Свифт?
