Фортификация

И пытались постичь
Мы, не знавшие войн,
За воинственный клич
Пpинимавшие вой,
Тайну слова "пpиказ",
Hазначенье гpаниц,
Смысл атаки и лязг
Боевых колесниц.
Владимир Высоцкий

Однажды литературно-философская группа "Бастион" проводила дискуссию под зловещим названием: "Антиглобализм и писатель. Наше место в окопе".

Происходило это на специальном конвенте "Басткон", на котором много было разных других, вполне мирных событий - был там семинар переводчиков фантастики, на котором сидели девушки неземной красоты, были семинары по фэнтези и что-то об альтернативной истории, но сейчас речь об окопах и прочей фортификации. Потому что, пока мы заседали, среди снега на юге сгружали танки из кораблей и большим страшным пузырем надувалась большая война. А как надуется война, расплодятся, как кролики, диванные аналитики.

Глобализм - странное слово. Оно что-то вроде слов "счастье" или "горе", которые употребляют все, но никто не может дать им определения. И, участвуя в этой дискуссии, я понимал, что мы все - продукт идеологии. В каждом булькает странная каша из убеждений, с наваром мутной пены пропагандистских машин, в нас плавают стойкие неразвариваемые мослы идеалов.

Между тем суета вокруг глобализма чем-то напоминает суету вокруг озоновой дыры. Дыра живет по своим дырчатым законам, то уменьшается, то растет, и совершенно непонятно, как на нее по-настоящему действуют запрещенные фреоны, квотами на производство которых усердно торгуют правительства. То есть при всем уважении к участникам и к ведущим этого мероприятия Эдуарду Геворкяну и Дмитрию Володихину я понимал, что прямыми ассоциациями для стороннего наблюдателя будут пикейные жилеты и хлопобуды из Настасьинского переулка. Действительно, несмотря на некоторое количество вменяемых и образованных людей, разговор неотвратимо валился к Голливуду и Макдоналдсу. И я сказал что-то о мифах, и потом вернулись снова к фантастике - ведь она суть идеальная отрасль литературы для обсуждения социальных и исторических концепций. Мы перебирали имена и снова рикошетировали выступлениями к Америке и Европе сейчас, здесь и теперь. Пока мне окончательно не стало понятно, что в разговорах пикейных жилетов есть особенный смысл - в них есть своя правда.

И я взял часть своего недовольства обратно. Потому что если не займешься политикой, то она займется тобой - это простая истина, проверенная большой кровью. Литература фантастических социальных проектов подготавливает позицию - настоящая литература о Добре и Зле. Из самых кровожадных книжек у нас было извлечено главное, и когда мы книги глотали, пьянея от строк. Сейчас я произнесу несколько пафосные слова - время от нас не требует выйти на площадь, к чему призывал Галич. Площадей множество, и митингуют на каждой. Иногда мужество заключается в том, что бы не выйти на какую-то из них. Важно другое - нужно иметь свою гражданскую позицию. Эта гражданская позиция не определяется паспортом. Эта гражданская позиция определяется собственным, личным мнением. Своим, не заемным у телевизора, у друзей, что перетягивают - каждый на свою сторону.

Поэтому я за безумные дискуссии, за профанные обсуждения, если в них участвуют хотя бы десяток профессионалов - остальные участники хотя бы задумаются. А отрыв свой окоп, индивидуальную стрелковую ячейку... А, отрыв этот окоп, можно прокопать соединительные ходы, траншеи, а потом, если надо, если совесть и разум скажут "да", перелезть через бруствер и двинуться вперед.

Такое вот назначение этой фортификации.