Хромосом не хватает

Классические советские «мемы»: «Березка», авоська, алкаш... Иллюстрация из книги

Иллюстрирование книг культовых авторов – дело небезопасное и тонкое. И не только потому, что нужно держать планку и не опозориться, поместив рядом с великолепным текстом недостойные его рисунки. Не только потому, что нужно верно уловить настроение, технически и по стилю попасть в тон прозе. Этого мало. В тонкой эстетической симфонии «книги художника» есть и этический момент: художнику вдобавок важно не перестараться, чересчур не выпятить визуальную часть, выдержав меру уважения и скромности по отношению к иллюстрируемому автору. В общем, чтобы рисунки стали аккуратным продолжением, дополнением, «доосмысливанием».

Художнику Андрею Алексеенко, иллюстрировавшему повесть Юза Алешковского «Маскировка» с помощью его виртуозной графики, включающей элементы скетча, плаката, карикатуры, отлично удалось показать брежневскую эпоху конца 80-х, переданную в остро сатиричном сказовом гротескном тексте Алешковского – рассказе алкоголика, который мрачную советскую действительность представляет как маскировку от агентов зарубежных служб. По большей части маскируются алкоголизмом, который отражается на потомстве: «Запоздалое развитие, замедленные реакции, негативизм, рахит, хромосом каких-то не хватает... Рекорд Тетерин поставил. У евонного Игорька два языка, и оба говорящие».

Юз Алешковский. Маскировка – М.: Пробел-2000, 2016. – 84 с.: ил.

В отражении безысходного быта – пьющих на скамейке мужиков, двуязыкого Игорька, суровых ментов, парящих над всем этим ракет (ради которых вся маскировка осуществляется) – Алексеенко попадает в цель и с выбором черно-белой графики (для цветного колорита как бы «хромосом не хватает»), и с неудобным, колючим рисунком тушью, передающим динамику фигур, равно как и пародийным сочетанием в иллюстрациях советских «мемов» и онтологических символов. На одной – Кремль, солнце, марширующий солдат и фургончик «Филе трески», на другой – пионеры, ракета, пьющий алкаш и купола церквей, на третьей – луна, ракета, церковь и герой, совокупляющийся с Дуськой возле памятника Дзержинскому.

Эта порой силуэтная, теневая графика, когда часть фигур угадывается лишь по пропорциям, эта скетчевость и карикатурность приближает иллюстрации к традициям авторского сатирического рисунка, которым увлекались Пушкин и Гоголь. То есть, по сути, можно представить, что главная задача, которую художник поставил, – передать героев так, как бы их увидел сам Юз Алешковский. И конечно, Андрей Алексеенко, не забывая, что работает с текстом, пестрящим мастерской обсценной лексикой, вносит свою лепту, иллюстрируя несколько скабрезных сцен (несомненно, книга содержит гриф 18+), при этом опять же не переходя зыбкую грань, нарушив которую, можно низвести рисунки в разряд пошлости. Также формирует впечатление дизайн обложки (твердый черный переплет с портретом-оттиском Брежнева) и суперобложки (белой, как бы имитирующей маскхалат): если вторая подчеркивает эстетику, то первая демонстрирует удобство для повседневного чтения.