Симфоническая личность

Литература. Философия. Театр: Сборник памяти Юрия Константиновича Герасимова / Сост., отв. ред. Н.Ю. Грякалова.– СПб.: Алетейя, 2026. – 282 с.

Сборник памяти Герасимова подготовлен Пушкинским Домом. Личность этого ученого мало известна широкому читательскому кругу, меж тем как его трудная судьба и его оригинальные духовные поиски, безусловно, заслуживают нашего внимания. Фронтовик, затем студент Ленинградского университета, он в возрасте 25 лет оказался осужденным по ложному обвинению и, как рассказывает питерский культуролог Ольга Сокурова, «проходил свои дальнейшие университеты сначала на угольных шахтах в Инте, а затем, через пять лет, измученный последствиями малярии... попал в лагерь для инвалидов и слабых здоровьем в Абези. Зато какие в этих лагерных университетах были у него учителя!»

Уроки древнегреческого языка дает ему Карсавин, оказавшийся в спецлагере после профессорской работы в Вильнюсе. С Николаем Николаевичем Пуниным Герасимов играет в шахматы, они, сидя на нарах, увлеченно декламируют Бальмонта. А главное – это уникальный опыт духовного сопротивления и пафос общего поиска истины. Здесь не принято было жаловаться на невзгоды и говорить о быте. Речь шла только о высших смыслах. От Карсавина Герасимов принимает эстафету русского евразийства, в котором видит прежде всего не идеологию, а религиозно-философскую доминанту. Об этом он будет писать в зрелые годы, а в конце жизни в его планах «стояла книга о концепции «симфонической личности» в литературно-философском наследии Л.П. Карсавина», сообщает дочь ученого. Симфоническая личность – это способ преодоления индивидуализма, единство верующих людей, роевое сознание народа, взаимопонимание мыслящих субъектов. Можно сказать, что кружок интеллигентов, собранный судьбой в абезьском лагере – своеобразная конкретизация понятия симфонической личности. На мой взгляд, это понятие – реальная духовная антитеза утопической и антигуманной идее создания «нового человека», которая на практике вела к подавлению личности и тотальной несвободе.

Пафос Карсавина и Герасимова живет в нынешней филологии. Значительную часть книги занимают статьи современных литературоведов, посвященные литературе Серебряного века. Особенный интерес здесь представляют блоковедческие штудии (Нина Лощинская, Наталья Грякалова, Вячеслав Быстров) и работа Юрия Орлицкого «Стихи и проза в творческом арсенале Льва Карсавина».

Если искать эквиваленты неисчерпаемо-многозначного концепта «симфоническая личность», то одним из них непременно будет слово «контекстуальность». Уходит в прошлое позитивистский культ «текста», который при своей внешней соблазнительности чреват внутренней духовной опустошенностью. Симфоническая личность создается контекстом – почвой и судьбой. Ощущением «всеединства» заражает и заряжает и эта интеллигентная и эстетически значимая книга. Все ее статьи сходятся в едином духовно-интеллектуальном фокусе. А любовно подобранный иллюстративный фотоматериал создает эмоциональный фон. Вот интеллигентная семья Герасимовых. Вот Юра с братьями в день открытия охотничьего сезона. Вот лагерная фотография Юрия Константиновича с надписью «Дорогой, родимой матушке в залог встречи с любовью». Фотопортреты Карсавина и Пунина. Сергей Хоружий и Герасимов на могиле Карсавина в 1993 году… История семьи, история страны, история мысли.