0
4702
Газета Поэзия Интернет-версия

13.07.2017 00:01:00

Лирика трех эпох

Тэги: поэзия, китай, средневековье, история, переводы, философия, анна ахматова


поэзия, китай, средневековье, история, переводы, философия, анна ахматова Уйти в лесную сень… Ван Мэн. Пишущий книгу под соснами. Музей искусства, Кливленд, США

Изданная изящно и вместе с тем скромно книга переводов средневековой лирики Китая с первых своих страниц привлекает необычностью тематики и образного языка. В качестве своеобразного анонса издатель предпослал «Слово поэта» Александра Кушнера, в котором тот предупреждает читателя о захватывающем дух предстоящем поэтическом путешествии, что стало возможным благодаря талантливым переводам Сергея Торопцева. На этот раз российский китаист с высокой научной репутацией, автор фундаментальных исследований о жизни и творчестве поэта и небожителя Ли Бо (VIII век), переводчик его 500 стихотворений в новой книге соединил под одной обложкой три великих периода китайского Средневековья: Тан (VII–X), Сун (X–XIII), Юань (XIII–XIV). Обращу внимание, что такого масштабного ретроспективного обзора китайской классической поэзии у нас еще не существовало. 50 гениальных поэтов и их 259 произведений – труд, прямо скажем, вдохновенный и самоотверженный! 

Назову еще одного человека, принявшего самое деятельное участие в составлении этой книги, – китайского русиста-филолога Гу Юя. Судя по всему, не только со-составителя этой книги, но и авторитетного эксперта. Предполагаю, что Гу Юй был тем человеком, который советовал Сергею Торопцеву, какой из вариантов русского перевода того или иного стихотворения наиболее приближен к китайскому первоисточнику. Как читатель, свидетельствую: отбор получился отменный. Путешествие в мир китайской древности не обмануло ожиданий:

Тропа ведет в туманную 

лощину,

Побеги сосен оплели врата,

Лишь птиц следы 

на лестницах пустынных,

И некому впустить меня туда.

Сквозь окна вижу пыльные 

узоры

На свитках, ниспадающих 

со стен.

Такое запустенье перед взором,

Что хочется уйти 

в лесную сень.

(Ли Бо)

Новаторство Сергея Торопцева в том, что его переводы демонстрируют абсолютную несхожесть жестко формализованного стиха эпохи Тан со взрывчатой энергетикой поэзии Сун и журчащим ручейком эпохи Юань. Торопцев в своих переводах зримо акцентирует графическое своеобразие оригинала, порой дополняя ритмическими сбоями, пытаясь хоть каким-то образом приблизиться к музыкально-песенной основе китайского текста. Иными словами, он не переводит Маяковского стилем Жуковского.

Различие между хорошими и плохими переводами в том, что иногда некоторая «отсебятина» бывает вдохновенной и убедительной, а иногда натужной, косноязычной и маловразумительной. Недаром же совестливый поэт Арсений Тарковский, переводивший к тому же по подстрочнику, имел все основания пожаловаться: «Ах, восточные переводы / Как болит от вас голова» («Переводчик»).

24-15-11.jpg
Три вершины, семь столетий. Антология лирики средневекового Китая / Пер. с китайского Сергея Торопцева; сост. С.А. Торопцев, Гу Юй. – СПб.: Гиперион, 2017. – 352 с. (Библиотека китайской литературы. VI.)

Шедевры китайской классической поэзии вообще невозможно переложить на русский язык без определенных потерь. Особенности ее звучания и иероглифическое написание слов, дающие дополнительные возможности в игре смыслами, не позволяют этого сделать, как бы ни старались самые гениальные переводчики. Таким образом, речь может идти о более или менее удачной художественной интерпретации этих текстов. В самом деле, возможно ли сохранить на другом языке соответствие форме стихотворений, созданных по единому образцу и на мелодии песен, известных в далеком прошлом Китая? Таких мелодий, например, в произведениях, сочиненных средневековыми китайскими поэтами только в лирическом жанре цы, насчитывается около 660. Поэтому понятно, что чужестранцам не так-то легко увидеть китайскую классическую поэзию во всей ее разнообразной и уникальной красоте. Недаром ведь не одно поколение отечественных китаистов пытается подобрать ключи к тайнам ее вечной молодости. Для древних китайцев их поэзия считалась бесценным сокровищем, которым они ни с кем не хотели делиться.

Благодаря работам таких отечественных ученых, как академики Василий Павлович Васильев (1818–1900) и Василий Михайлович Алексеев (1881–1951), их выдающиеся последователи Юлиан Константинович Щуцкий (1897–1938), Лев Залманович Эйдлин (1910–1985), Борис Борисович Вахтин (1930–1981), Лев Николаевич Меньшиков (1926–2005) и др., появились первые переводы на русский язык шедевров китайской средневековой лирики.

В недавнем прошлом в нашей стране существовало два типа переложений китайской поэзии на русский язык. Либо филологические переводы китаистов, сопровождаемые научными комментариями, либо поэтические интерпретации, осуществляемые известными русскими поэтами, опять-таки не без помощи специалистов. Наибольшую известность получили переводы Анны Ахматовой и Александра Гитовича. Но еще в прошлом веке появились поэтические сборники китайской классической поэзии в переводах китаистов, обладающих поэтическим даром. Профессор Сергей Аркадьевич Торопцев, составитель и переводчик рассматриваемой мною антологии, – как раз один из таких самородков. Ему принадлежит также послесловие к книге: «Реинкарнация на вершинах», в котором объясняются происхождение и движение поэтического слова в Древнем Китае. Вот что открывает читателю Сергей Торопцев: «Поэтическое слово в Китае – сакрально. Иероглиф ши (поэзия) складывается из двух значащих графических элементов – «речь, слово» и «молельное место», то есть восходит к древним речениям на капище. Это было медиумическое общение со всемогущим Небом, и жрец был медиумом, посредником между Небом и людьми. Именно в такой ауре и предстал в дальнейшем поэт – он не писал стихов, не творил, а транслировал из высшего Ничто, центра мироздания, то, что только ему одному и слышалось, оформляя откровения в привычные слова».

Время чередующихся одна за другой войн – не лучшее для судьбы творческих людей, но не для их поэтического дара. Известная поговорка «Когда говорят пушки, музы молчат», как свидетельствует история китайской средневековой поэзии, по своей сути неверна и опровергается поэтическими шедеврами, представленными в антологии. Да и появилась она, переиначенная, из старой поговорки, возникшей в Древнем Риме: «Когда гремит оружие, законы молчат».

Особое место в антологии занимают стихотворения женщин-поэтов: Ли Е, Сюэ Тао, Юй Сюаньцзи, Ли Цинчжао, Чжу Шучжэнь. Это откровенно чувственная поэзия, но настолько мощная, что язык не поворачивается назвать авторов поэтессами – они поэты. Ограничусь небольшой цитатой:

Днем прилегла, вдруг 

слышу – птицы

опять манят весеннею 

истомой

от ив, где зелена листва

из павильона, где стоит айва

и абрикос кустится.

(Чжу Шучжэнь)

Расшифруем символику этого отрывка. Ива – образ женщины, разлученной обстоятельствами со своим возлюбленным; листва – образ наступившей весны; айва и абрикос апеллируют к дружескому согласию.

Казалось бы, такая усложненная поэзия должна была бы читаться с большим трудом. Но вот парадокс: она притягивает к себе, как тайная тропка, ведущая в края, где невозможное возможно и где лесные родники журчат живой водой.  


Комментарии для элемента не найдены.

Читайте также


Правительство профинансирует строительство рыбопромыслового флота

Правительство профинансирует строительство рыбопромыслового флота

Ольга Соловьева

Пострадавшим от паводков регионам госбюджет выплатит 2 миллиарда рублей

0
1161
Петербург не станет "городом четырех революций"

Петербург не станет "городом четырех революций"

Дарья Гармоненко

Коммунисты разменяют губернаторскую кампанию на муниципальную

0
1262
Евросоюз прекращает экспорт в Россию подслушивающей аппаратуры

Евросоюз прекращает экспорт в Россию подслушивающей аппаратуры

Геннадий Петров

Применение нового санкционного механизма становится рутинной практикой

0
1251
Депутаты выходят на финишную прямую в работе с налоговым законодательством

Депутаты выходят на финишную прямую в работе с налоговым законодательством

Михаил Сергеев

Бюджетный комитет заклинает не навредить большинству граждан

0
1304

Другие новости