0
3537
Газета Политика Печатная версия

23.05.2024 20:23:00

Попытки договориться до суда будут обязательными

Примирение сделают частью процедуры прежде всего в гражданских и коммерческих спорах

Тэги: досудебное урегулирование, институт судебного примирения

Online-версия

досудебное урегулирование, институт судебного примирения На заседании Совета судей РФ думали над тем, как разгрузить всю систему. Кадр из видео Ставропольского краевого суда

Для сокращения нагрузки на служителей Фемиды предлагается развивать, например, институт судебного примирения как один из способов досудебного урегулирования. Положение об этом появилось в 2019 году, но данный механизм оказался недостаточно привлекательным для граждан. Они по-прежнему чаще выбирают для себя вариант добиваться все-таки судебного решения. Поэтому теперь Совет судей РФ предлагает закрепить в законе перечень споров, по которым попытка судебного примирения станет делом обязательным.

В Совете судей предлагают сделать обязательной процедуру примирения, например, по делам о разделе совместно нажитого имущества или об определении порядка общения с детьми, по трудовым спорам и тяжбам антимонопольного и таможенного характера.

Сегодня суды рассматривают большое количество дел, в которых и спор как таковой отсутствует, и решения по которым не обжалуются.

В результате судьи завалены делами, они вынуждены в короткие сроки перерабатывать огромные объемы информации. «Высокий потенциал примирительных процедур связан также с тем, что спор часто кроме юридического конфликта включает в себя эмоциональный компонент, устранив который можно разрешить вопрос через примирение», – подчеркнул глава Совета судей Виктор Момотов. Так что предлагается увеличить количество судебных примирителей, а для этого рассматривается возможность становиться ими не только судьям в отставке, как сейчас, но и работникам аппарата судов, стаж которых в судебной системе составляет 10 и более лет.

Мнения экспертов насчет этой инициативы разделились. Одни считают ее правильной, другие указывают, что та больше направлена лишь на упрощение жизни судьям. При этом расширение штата примирителей, судя по всему, потребует дополнительного финансирования из бюджета. Скажем, для них будут нужны и помещения, и образовательные курсы. Между тем в законодательстве есть и такой институт, как медиация, участники которого как раз и имеют право действовать как во время процесса, так и на досудебной его стадии.

По мнению адвоката адвокатского бюро «Интеллектуальный капитал» Ирины Каплун, инициатива Совета судей обоснованна, потому что нагрузка на судей колоссальная. «В семейных спорах, где каждая сторона «тянет одеяло на себя» в то время, когда очевидно, что необходим компромисс, институт примирения облегчил бы жизнь обеим сторонам», – подтвердила она. Этот подход касается и антимонопольных споров, когда возможен прямой диалог между регулятором и участниками рынка. Однако, напомнила «НГ» председатель Московской коллегии адвокатов «Арбат» Наталья Никольская, в обществе так и не сформировалось доверие к институту примирения. По большей части как раз потому, что оно не считает обязательной процедурой, поэтому не заинтересованная в таком примирении сторона просто игнорирует возможность договориться. Если же законодатель сделает примирительные процедуры обязательными, то можно ожидать и снижения нагрузки на судебную систему, и ускорения в разрешении конфликтных ситуаций.

Советник Федеральной палаты адвокатов РФ Сергей Макаров инициативу Совета судей оценил положительно как в прикладном, так и в глобальном смысле. В первом случае результат в виде снижения нагрузки на суды будет положительным и для них самих, и для граждан и организаций – сторон судебных процессов. Хотя бы потому, что судьи смогут больше внимания уделить углубленному рассмотрению тех дел, которые с помощью примирения разрешить не удалось. В глобальном же смысле, отметил он, мир, достигнутый более или менее вынужденно, но по взаимному согласию спорящих, скорее всего будет крепким. Однако, настаивает Макаров, не стоит оставлять без внимания возможные препятствия. Прежде всего в менталитете сограждан, непривычных к равным переговорам и не умеющих их проводить, а потому «изначально не стремящихся к примирению, доверяя больше суду как государственному органу. Это значит, уверен он, что необходима весьма основательная разъяснительная работа, широкое правовое просвещение. И Макаров счел бы весьма желательным рассмотреть возможность о приглашении в судебные примирители не только судей в отставке или сотрудников судов, но и иных юристов, в частности адвокатов. При этом «всем без исключения кандидатам нужна специальная подготовка».

Как пояснила «НГ» партнер коллегии адвокатов Pen & Paper Екатерина Токарева, сначала, с 2010 года, в России действовал закон о медиации, которая развивалась достаточно медленно и государством особо не популяризировалась, но затем, в 2019-м, был создан институт судебных примирителей. На данный момент по всей стране их около 300 человек. «Статистики обращения к судебным примирителям и эффективности их работы у меня нет, но по своему опыту могу сказать, что институт не особенно популярен», – подчеркнула эксперт. Стороны обращаются к судебному примирителю зачастую только потому, что на этом настаивает судья в конкретном споре, хотя, как правило, заключением мировых соглашений это не заканчивается. По мнению Токаревой, вполне понятно почему: примиритель – это бывший судья без необходимого образования в области психологии, медиации и т.п. Поэтому он пытается разрешить тот или иной спор как судья, которому в данном случае просто разрешено высказывать свою позицию по делу и предрешать итог спора. Нельзя забывать и о том, что у судей бывает профессиональное выгорание и даже деформация, которые могут негативно влиять на его деятельность в качестве примирителя. «Усталость от человеческих конфликтов и их некой однообразности, потеря эмпатии и здорового интереса к происходящему – все это может быть характерно для судьи в отставке и одновременно быть препятствием для эффективного примирительства», – подчеркнула эксперт.

Так что инициатива Совета судей, сказала «НГ» Токарева, – это скорее попытка оживить мертвый институт через создание искусственной монополии – как у нотариусов, например. Вызывают сомнение и те категории споров, по которым обращение к судебным примирителям будет обязательным. В частности, особенность трудовых споров состоит в сокращенных сроках их рассмотрения, поскольку конфликт касается жизненно важных для человека вещей – работы и дохода от нее, но необходимость обращаться к судебному примирителю затянет дело. «Как мне кажется, бесполезно включать сюда таможенные и антимонопольные споры, госорганы очень редко идут на мировые соглашения. Как правило, в судебных разбирательствах они идут до самого конца даже в тех случаях, когда обжалование очевидно бесполезно. Ведь в таких делах замешан публичный интерес», – пояснила эксперт. Засомневалась она и в том, что, дескать, процедура судебного примирения поможет снимать со споров эмоциональный компонент. Потому что, к сожалению, нынешние примирители не имеют другого опыта, кроме бытового, который есть у всех людей, так что для граждан не будет разницы – обратиться к родственнику или к судебному примирителю. 

Как сказала «НГ» адвокат адвокатской палаты Москвы, медиатор Екатерина Тютюнникова, сама по себе примирительная процедура необходима. Так как суды перегружены, сроки рассмотрения дел в разы превышают те, что установлены законом. Однако, по ее мнению, «установление обязательной процедуры только судебного примирения, которое станут осуществлять только судьи в отставке, будет нарушать права граждан». Действительно в некоторых категориях споров – семейных, жилищных, наследственных, трудовых вполне возможно примирение, но действующее законодательство позволяет это сделать и иным путем: «Например, в судах есть комнаты примирения, где дежурят медиаторы. Споры можно решить как в досудебном порядке, так и заключив мировое соглашение в суде». Обязательность же процедуры, убеждена она, может привести к злоупотреблениям, скажем, будет проводиться для галочки.

Адвокат адвокатской палаты Ульяновской области Александр Князев подтвердил «НГ», что судебный примиритель в настоящее время – это судья, пребывающий в отставке и включенный в список, который утверждается пленумом Верховного суда РФ. Максимальное число судебных примирителей в одном субъекте РФ составляет пять человек, а в декабре прошлого года на заседании Совета судей РФ прозвучала информация, что в России действует 351 примиритель, за 2022-й они утвердили 439 мировых соглашений. По его словам, это небольшие достижения, поэтому инициатива расширить количество примирителей выглядит «более чем логичным и необходимым». В то же время, заметил он, спорным моментом может стать включение в состав примирителей сотрудников аппаратов судов, пусть и с предлагаемым десятилетним стажем. Потому что фигура примирителя предполагает наличие у него не только опыта работы в суде, но и набора личных, статусных и профессиональных критериев, имеющих значение для усилий по примирению. «Но можно ли себе представить, что таможенный или антимонопольный спор стороны передадут секретарю судебного заседания? Скорее всего, нет – просто в силу предубеждения самих этих сторон», – подчеркнул Князев.



Другие новости