Артистический дар

Двадцать восемь акварелей Максимилиана Волошина под общим заглавием «Коктебель» из личной коллекции Михаила Барышникова переданы в дар Музею личных коллекций ГМИИ им. Пушкина. Выставку открывали в отсутствие виновников торжества. Не было самого Михаила Барышникова и Ирины Антоновой. Зато приехали Михаил Швыдкой, руководитель театра Комиссаржевской Виктор Новиков, Геннадий Хазанов, Алена Долецкая и прочие гости, вниманию которых в ознаменование открытия выставки была представлена литературно-музыкальная композиция. Под звуки рояля читал стихи Волошина молодой актер Артур Смольянинов, что все чаще последнее время бывает замечен на поэтических вечерах. Публика слушала завороженно.

Официальную часть посвятили тому, что объясняли собравшимся, как так случилось, что «петербуржско-рижский человек» Михаил Барышников передал уникальную коллекцию акварелей Максимилиана Волошина в Москву. Ему, по словам организаторов, не хотелось никакого пафоса, хотя, безусловно, акварели можно было выставить и в Русском музее, и в Эрмитаже. «Миша просил не думать, что это жест благодарности за то, что Ирина Александровна устроила выставку фотографий Михаила Барышникова в Музее личных коллекций», – объяснял Виктор Новиков. (Прославленный танцовщик увлекается последнее время фотографией.) Под портретом Михаила Барышникова, который поместили рядом с экспозицией акварелей, письмо: «Уважаемая Ирина Александровна! Я очень рад, что акварели Волошина пришлись вам по душе. В течение долгих лет они доставляли мне массу тихой радости. Уверен, что в ваших руках эти работы найдут достойный им приют. С почтением, Михаил Барышников».

Акварели в Москву привез другой танцовщик – друг Михаила Барышникова, которому уже приходилось посредничать в благородных делах дарителя. Так, через него Барышников когда-то сделал подарок Петербургу. Официально передать картину Пикассо из личной коллекции Барышникова не удавалось, в посольстве сказали: «Вы хотите подарить, вы и везите». Чтобы избежать волокиты, картину перевезли нелегально, свернули и спрятали в личные вещи. Почти то же самое произошло и с акварелями. На эту тему много шутили в день открытия экспозиции, мол, пока будут ездить добрые люди через границы, будут еще появляться такие подарки от Барышникова в России.

Ирония вполне вписывалась в контекст вечера. Известно, что и Волошин к себе как к живописцу относился иронически, хотя трудился на этом поприще честно, много и упорно. О себе Волошин как-то сказал: «Я взял лист, папку, уголь, взял в ресторане мякоть непропеченного хлеба и стал художником». Его, по словам Александра Бенуа, «идеализированный, синтетический» Крым теперь можно видеть в Музее личных коллекций, там же – фотографии Максимилиана Волошина и фрагменты старой хроники его коктебельской жизни.

Михаил Швыдкой докладывает Михаилу Барышникову, что все свершилось.	Барышников все-таки присутствовал в зале. Фото Артема Житенева (НГ-фото)