Владимир Рубанов
Мы много внимания уделили военной силе как средству контроля над территорией. Мне сегодня приходится больше взаимодействовать с зарубежным экспертным сообществом. Они смотрят на эту проблему по-другому. А именно – в сегодняшнем постиндустриальном мире на первый план выходит «управление будущим», то есть управление временем, а не контроль территорий. Поэтому при современных информационных и финансовых технологиях и при монополии на интеллектуальные разработки нет необходимости физическим присутствием контролировать территории.
Что касается стратегии в области военных разработок, то в США начиная с 80-х годов простым лозунгом американских научных лабораторий было: «Главный способ соревнования – это бежать быстрее других». Потому что тот, кто бежит следом, уже отстает.
Что касается исследований, связанных с разработкой СОИ, мне тоже приходилось общаться с руководителями, имеющими отношение к Стратегической оборонной инициативе. Так вот они говорили, что прекрасно понимают – есть проблемы, практически нерешаемые на уровне современных достижений. Но для того, чтобы получить бюджет на разработки, они были вынуждены заниматься пропагандой. Но на эти деньги они разработали различные высокие технологии, имеющие применение в иных, земных отраслях. А красивая заявка на космические войны – это больше из репертуара голливудских рекламных приемов.
Когда мы говорим о роли военной силы и структуре бюджета, то нам не надо забывать и о выражении немецкого профессора географии Оскара Пешеля: «Войну выиграл прусский учитель».
Понятно, что это о роли образования, интеллектуального потенциала армии и общества.
Недавно у меня был разговор в «Рособоронзаказе». Эта беседа убедила меня в том, что наша структура планирования вооружений начинается с геополитических задач, стратегических целей и т.д. У пресловутых и продвинутых в этом смысле американцев все планирование, оказывается, сосредоточено вокруг солдата на поле боя, который должен выйти из сражения победителем. У нас же солдат пока является чем-то сопутствующим масштабным замыслам полководцев.
И последнее, о чем нам нельзя забывать сегодня, – это рост внутренней конфронтации в российском обществе. Это может стать той силой саморазрушения, которая окажется мощнее всех внешних грозных сил.
