0
3270
Газета Стиль жизни Печатная версия

29.10.2004 00:00:00

Пьянящая сила бреда и революция

Тэги: сюрреализм, история


сюрреализм, история «Лирическая ягодица» Ленина никого не шокировала.
Сальвадор Дали. Загадка Вильгельма Телля. 1933 г.

«Изысканный труп будет пить молодое вино» – эта симпатичная фраза возникла во время игры в «чепуху» и стала чем-то вроде пароля сюрреалистов. К своим играм сюрреалисты относились по-детски серьезно. Они верили, что случай – это привет из сюрреальности. И культивировали всё случайное: совпадение, чудо, встречу, оговорки (по Фрейду) – рифмы жизни, называя их «объективными случаями».

А еще они верили в то, что сновидение, греза, глюк снимают противоречие между воображением и реальностью. И другой их любимой игрой были «сны наяву» – гипнотическое (или наркотическое) погружение в транс. Правда, после того как во время погружения поэт Деснос бросился с ножом на поэта Элюара, играть в нее перестали.

Во всех их затеях было много детского. В том числе – и детская жестокость. В октябре 1924 г. в Париже увидел свет первый «Манифест сюрреализма». А также памфлет под названием «Труп», в котором сюрреалисты призывали всех поплясать на крышке гроба только что умершего Анатоля Франса. «В погребении отказать!» – объявлял лидер движения Андре Бретон. «Вы когда-нибудь давали пощечину мертвецу?» – вопрошал Луи Арагон.

Франс для них олицетворял буржуазного писателя. А все буржуазное они презирали. Что, правда, не мешало Арагону вести светский образ жизни, Магритту – быть добропорядочным семьянином, и т.д. Более того, самих сюрреалистов называли «молодыми взбалмошными буржуа, которые хотят уничтожить культуру, потому что им дали образование» (Ж.-П. Сартр).

То, что выходило за пределы нормы, означало прорыв к сюрреальности. Немотивированные преступления считались выражением «чистого бунта» и «абсолютного зла», воспетого Лотреамоном. И девушка, отравившая своих родителей, казалась им символом сопротивления гнету буржуазной семьи.

«Все индивидуальное антиобщественно», – говорили сюрреалисты, требуя свободы для пациентов психушек, таких же «героев и мучеников», как «дивный маркиз» де Сад, Ницше, Бодлер.

«Нормальность ставит меня в тупик», – признавался Сальвадор Дали. Бретон и Элюар призывали к симуляции сюрреалистических состояний – дебильности, маниакальности, прогрессивного паралича и т.п. Ибо верили, что «человека может утешить лишь пьянящая сила собственного бреда. Тогда он перестанет сторониться людей и самого себя».

Кто-то в симуляции и не нуждался. Так, Антонен Арто, теоретик «театра жестокости», большую часть жизни провел в психушках. Тот же Дали имел диагноз паранойя. Печально внушителен и список участников движения, покончивших с собой. Но известно: из заурядного человека болезнь делает придурка, из талантливого – гения.

Впрочем, такие мэтры движения, как Бретон, Элюар, Арагон или Магритт, были абсолютно нормальны. Просто им нравилось все, что разрушает, давит, вгоняет в дрожь. На ура был встречен фильм Дали и Бунюэля «Андалузский пес» (1928). Глаз, располосованный бритвой; человек, тычущий тростью в отрубленную руку; муравьи, ползущие из дыры на ладони; разлагающиеся ослы┘ Зрители падали в обмороки, случилось два выкидыша. На круг же 17 минут сюра – и вечная слава!

На страницах журнала «Сюрреалистическая революция» в причудливом миксе сопрягались: апология де Сада как мученика атеизма и почтительные цитаты из Энгельса, запрещенный цензурой текст «Свобода или любовь» и славословия в память о председателе ВЧК Дзержинском. Здесь же эпитафия погибшим на войне: «Давай, вперед, уродина, / Ведь это ради родины. / Мы и подохли скопом, / Засунув палец в жопу┘» («Мы сюрреалисты, мы не любим свое отечество».)

«Самый простой сюрреалистический акт состоит в том, чтобы с револьвером в руке выйти на улицу и стрелять наугад, сколько можно, в толпу», – писал Бретон во «Втором манифесте сюрреализма» (1929). Кажется, для них не было ничего святого. Но Дали вспоминал: «Изображать кровь мне разрешили. По желанию я мог добавить туда немного каки. Но на каку без добавок я уже права не имел. Мне было позволено показывать половые органы, но никаких анальных фантазмов. <┘> К лесбиянкам они относились вполне доброжелательно, но совершенно не терпели педерастов».

В жизни, не считая внутренних разборок и мелких скандалов, пьяных драк и т.п., сюрреалисты чересчур далеко не заходили. Самые радикальные их акты – это аплодисменты на показе фильма «Броненосец «Потемкин» (1926) и пощечина, которую Бретон дал Илье Эренбургу на Конгрессе в защиту культуры (1935).

Прекрасная Дама сюрреализма – русская женщина Гала. Ее первым мужем стал Поль Элюар, от которого она родила дочь. Один из ее многочисленных любовников – художник Макс Эрнст. Они пытались жить втроем, пока на горизонте не возник Сальвадор Дали. Ему было 25 лет, и он был девственником-онанистом. Страстная дружба с Федерико Гарсиа Лоркой так и осталась (если верить Дали) платонической. А вагина вызывала у него неодолимое отвращение.

Гала была на 10 лет старше Дали и несоизмеримо опытнее. Он посвящал любимой стихи, несколько однообразные, но искренние: «┘Ее глаза похожи на ее анус / Ее колени похожи на ее уши / Ее ягодицы похожи на палец ее руки...»

Слова «бунт» и «революция» – ключевые в арсенале сюрреалистов. И, наверное, коммунизм казался им таким же свежим и эпатажным, как творчество душевнобольных или дикие преступления юных дев. В 1927 г. Бретон, Арагон, Элюар, Юник и Пере вступили в Компартию Франции.

Дабы подразнить товарищей, Дали решил написать Ленина «с ягодицей трехметровой длины <┘>. На руках у него будет маленький мальчик – это буду я. Но он будет смотреть на меня людоедскими глазами, и я закричу: «Он хочет меня съесть!..» Но ягодица Ленина никого не шокировала. (Зато шокировала «мягкая, пухлая спина» Гитлера, очаровавшая Дали.)

Быть одновременно коммунистом и сюрреалистом оказалось нелегко. Глядя на картины Эрнста или Кирико в журнале «Сюрреалистическая революция», товарищи из ФКП спрашивали: «Что это означает?» Кроме того, сюрреалисты предпочитали кесарю Сталину изгнанника Троцкого – он как раз входил тогда в моду. И в конце концов Бретона и Элюара из партии исключили (Элюар потом вернется).

Арагон к тому моменту был уже женат на Эльзе Триоле, она же – Эльза Каган, сестра Лили Брик, но не такая сексапильная. («Прямая противоположность женщины», – говорил Бретон.) Тем не менее Эльзе удалось обратить красавца мужа в правоверного коммуниста. И вместо забойных манифестов и причудливых стихов он стал писать скучные статьи о соцреализме и романы о коммунистах. (На склоне лет Арагон скажет: «Я исковеркал свою жизнь».)

Троцкий отнюдь не был поклонником «бунтующей богемы». Но ему, загнанному в угол, нужны были сторонники. Манифест «За независимое революционное искусство» (1938), написанный Бретоном и Троцким, обличал «левую» интеллигенцию Запада, «вставшую на колени перед советской бюрократией». И если бы не ледоруб Меркадера – кстати, вполне сюрреалистический акт! – их сотрудничество вполне могло обернуться какими-нибудь красочными неожиданностями.

Парижский май 1968-го проходил под лозунгами: «Да здравствует сюрреализм!», «Будьте реалистами – требуйте невозможного», «Вся власть воображению!», «Насилуйте вашу alma mater» и т.п. Это был последний всплеск. В октябре 1969-го манифест в «Монде» объявил о конце движения сюрреализма.

┘Нам же по признаку сродства достались: расчлененка Сорокина, сны Пелевина, нацболы Лимонова, видения Проханова и замогильный смешок Мамлеева.


Комментарии для элемента не найдены.

Читайте также


Создатель «Новых людей» возглавил партию

Создатель «Новых людей» возглавил партию

Евгений Солотин

Алексей Нечаев уверен, что власть должна уделять больше внимания не Ливии и Сирии, а российским регионам

0
692
Как развивалось арбитражное производство при экс-главе экономколлегии ВС Олеге Свириденко

Как развивалось арбитражное производство при экс-главе экономколлегии ВС Олеге Свириденко

0
1565
Военное кораблестроение дрейфует в нереализованных планах

Военное кораблестроение дрейфует в нереализованных планах

Александр Иванин

В России возник флот амбиций и обещаний

0
3407
Поздравление

Поздравление

0
702

Другие новости

Загрузка...