0
3470
Газета Главная тема Печатная версия

15.04.2020 20:30:05

Булькая и завывая

Тайны переводов глазами букеровского лауреата Дэвида Беллоса

Тэги: переводы, маяковский, английский язык, русский язык, пушкин, довлатов, воннегут, зощенко, поэзия, новости, букеровская премия, гонкуровская премия, сша, катулл, мицкевич, братья гримм, нюрнбергский процесс, герман геринг, освенцим, фантастика, вольтер, ли


переводы, маяковский, английский язык, русский язык, пушкин, довлатов, воннегут, зощенко, поэзия, новости, букеровская премия, гонкуровская премия, сша, катулл, мицкевич, братья гримм, нюрнбергский процесс, герман геринг, освенцим, фантастика, вольтер, ли Все мы немного лошади. Особенно переводчики. Фото Евгения Никитина

«…Все мы немножко лошади,/ каждый из нас по-своему лошадь», – писал Владимир Маяковский. А переводчики – особенно: вспомните хрестоматийную пушкинскую фразу про почтовых лошадей просвещения. Хотя, согласно 10-томному полному собранию сочинений издания Алексея Суворина (1887), том 9 «Дневники. Записки. Исторические статьи и разные заметки», в статье 1825 года «Заметки при чтении книг» изначально Александр Сергеевич выразился так: «Переводчики суть подставные лошади просвещения, через них скрываются великие тайны».

Профессия эта неблагодарная: например, в выходных данных книги читатель смотрит в первую очередь на фамилию автора, а кто перевел – не так важно. Речь о «чистых» переводчиках, а не поэтах и прозаиках, многие из которых занимались переводами (хотя часто это были вольные переложения) – так, Пушкин переводил и Вольтера, и Гая Валерия Катулла, и Адама Мицкевича, и Овидия, и Руссо… А его «Сказка о рыбаке и рыбке» – вольное переложение сказки «О рыбаке и его жене» из сборника братьев Гримм. Хотя и среди переводчиков есть знаменитые исключения – Рита Райт-Ковалева, например. (Помните у Сергея Довлатова в его «Соло на ундервуде»:

«Когда-то я был секретарем Веры Пановой. Однажды Вера Федоровна спросила:

– У кого, по-вашему, самый лучший русский язык?

Наверно, я должен был ответить – у вас. Но я сказал:

– У Риты Ковалевой.

– Что за Ковалева?

– Райт.

– Переводчица Фолкнера, что ли?

– Фолкнера, Сэлинджера, Воннегута.

– Значит, Воннегут звучит по-русски лучше, чем Федин?

– Без всякого сомнения.

Панова задумалась и говорит:

– Как это страшно!..

Кстати, с Гором Видалом, если не ошибаюсь, произошла такая история. Он был в Москве. Москвичи стали расспрашивать гостя о Воннегуте. Восхищались его романами. Гор Видал заметил:

– Романы Курта страшно проигрывают в оригинале...»)

Или Лилианна Лунгина. Или Гоблин, он же Дмитрий Пучков, благодаря чьей пародийной озвучке фильмов термин «гоблинские переводы» стал нарицательным. Но если говорить о профессии в целом, обычно переводчики остаются в тени. А если и вспоминают о них, скажем, в Международный день переводчика (30 сентября – это не только Вера, Надежда, Любовь и матерь их София, но и день памяти святого Иеронима Стридонского – покровителя переводчиков, с 1991 года их официальный профессиональный праздник) добрым, тихим словом, то слово это – либо вышеупомянутая фраза Александра Сергеевича о почтовых лошадях, либо название фильма Софии Копполы «Трудности перевода».

Воздавая дань уважения переводческому труду, о его тайнах, сложностях и других аспектах рассказывает книга Дэвида Беллоса «Что за рыбка в вашем ухе? Удивительные приключения перевода». Автор – английский переводчик и писатель, живущий в США, профессор французского и сравнительного литературоведения, руководитель программы по переводу и межкультурным коммуникациям Принстонского университета. В 1994 году получил Гонкуровскую премию за биографию французского писателя и кинорежиссера Жоржа Перека, в 2005-м – первую Международную Букеровскую премию за переводы произведений албанского поэта и прозаика Исмаила Кадаре (причем переводы были сделаны с предыдущих французских переводов).

13-9-11 copy 250.jpg
Дэвид Беллос. Что за рыбка
в вашем ухе?: Удивительные
приключения перевода / Пер.
с англ. Натальи Шаховой. – М.:
КоЛибри, Азбука-Аттикус, 2019.
– 416 с.
Дабы не уподобляться «неблагодарным» читателям, сразу назовем переводчика книги на русский язык – это Наталья Шахова, написавшая небольшое «Предисловие переводюги». В нем обозначены некоторые трудности, возникшие при попытке познакомить отечественных любителей переводов с текстом Беллоса. Взять хотя бы название книги – в оригинале «Is That a Fish in Your Ear? Translation and the Meaning of Everything». Со второй частью понятно, а вот по поводу «Is That a Fish in Your Ear?» Шаховой приходится объясняться: «И еще один упрек (в ряду многих других) можно предвидеть заранее. «Какой неуклюжий англицизм: что за рыбка в вашем ухе?! – скажет каждый второй читатель. – По-русски было бы естественнее: что за рыбка у вас в ухе». Согласна. Но как бы вы тогда узнали, что речь идет не о рецепте ухи?» При переводе с одного языка на другой неизбежно что-то теряется или добавляется «от себя» – с учетом национально-культурных особенностей аудитории. Наталья Шахова отмечает, что «с книгой «Is That a Fish in Your Ear?» основная проблема в том, что она не просто написана по-английски, но и прямо адресована англоязычным читателям как наиболее ущербным в смысле знакомства с иностранными языками. Ведь все в мире переводится на английский – так к чему заморачиваться?

Поэтому при переводе этой книги надо было все время держать в уме, что меняется не только язык, но и целевая аудитория. Простой пример. Автор пишет: «Ниже приведены отрывки, не написанные Уильямом Вордсвортом, Т.С. Элиотом и Д.Д. Сэлинджером, но достаточно лишь смутных школьных воспоминаний, чтобы понять, какой из них написан в духе Элиота, Сэлинджера или «озерной школы».

Многим ли из нас смутные школьные воспоминания позволят опознать стиль «озерной школы»? Сэлинджер, конечно, шире известен в России. Однако тут кроется другой подводный камень: большинство читателей узнали бы его в стилизации под Райт-Ковалеву, а вот если бы отрывок был стилизован под перевод Махова или Немцова?

Понятно, что для переориентации книги на новую аудиторию переводчику приходится местами менять текст, исходя из собственных субъективных представлений о будущих читателях. Также понятно изумление, а то и возмущение читателя, встретившего в переводной книге примеры из Некрасова и Зощенко. Хочу сразу же заверить, что все подобные замены согласованы с автором, который позволил переводчику ни в чем себе не отказывать и по мере сил адаптировать текст к русской культуре…»

Если вновь вернуться к названию книги, то, как отмечают знающие люди, слово «рыбка» в нем вызывает у англоязычного читателя прямые аллюзии, не сразу понятные (или вообще непонятные) читателю русскоязычному. Речь о вавилонской рыбке – персонаже серии юмористических научно-фантастических романов «Автостопом по галактике» английского писателя Дугласа Адамса, которая помещается в ухо своего носителя-хозяина и помогает быстро понять любой язык. Вот как это описано у Адамса:

«– Ша! – сказал Форд. – Слушай, это может оказаться важным.

– Ва… важным?

– Это вогонский капитан делает объявление по тихокричателю.

– Значит, вогоны так разговаривают?

– Слушай!

– Но я не понимаю вогонского!

– И не нужно. Просто вставь рыбу в ухо.

Форд молниеносным движением ткнул Артура в ухо, и тот немедленно испытал болезненное ощущение, когда рыба проскользнула глубоко в слуховые каналы. Задыхаясь от ужаса, Артур секунду или две царапал ухо, а потом медленно выпучил глаза от удивления. То, что он испытывал на слух, походило на рассматривание картинки с двумя черными профилями, когда внезапно видишь белый подсвечник между ними. Или на рассматривание множества цветных точек на листе бумаги, которые вдруг складываются в шестерку, означающую, что окулист собирается содрать с тебя как следует за новую пару очков.

Артур осознавал, что все еще слышит бульканье и завыванье, только теперь они каким-то образом преобразились в совершенно понятный английский язык».

Что касается книги Беллоса, то перед нами не сухое академическое исследование, но и не собрание анекдотов и прочих комических или трагикомических случаев из переводческой жизни. Скорее это что-то вроде факультативного курса для студентов-переводчиков (недаром Беллос – университетский профессор) на основе авторского опыта, не уместившегося в рамки классических лекций. В целом Дэвид Беллос старается блюсти баланс между научным и развлекательным: «В этой книге я не учу переводить и не рассказываю, как перевожу я. На эту тему есть гора прекрасных книг, и нет нужды добавлять к этой горе свой камешек.

Я собрал здесь истории, примеры и доводы, помогающие разобраться в главном, как мне кажется, вопросе: что делает перевод.

Я попытался охватить всю картину целиком, исследуя роль перевода в культурной, социальной и других сферах человеческой жизни. Для этого я проштудировал груды учебников и статей, опросил толпы знакомых экспертов, но зачастую опирался и на собственный опыт.

Выясняя, что делал перевод раньше и теперь, что и почему о нем говорили, сводится ли перевод к единому процессу или подразделяется на разные, мы совершим путешествие во времени и пространстве, переносясь из Шумера в Брюссель и Пекин, обратимся к комиксам и классической литературе, углубимся в дебри таких разных дисциплин, как антропология, лингвистика и информатика. При попытке понять, что делает перевод, возникает столько разных вопросов, что вопрос о том, в чем он вообще заключается, можно на время отложить в сторонку...»

Автор пытается разобраться: «Что такое перевод?», «Можно ли обойтись без перевода?», «Почему мы называем это переводом?», «Что говорят о переводе», «Миф о буквальном», «Принцип выразимости: что невозможно сказать, невозможно и перевести», «Сколько у нас слов для обозначения кофе?», «Влияние переводов», «Что делают переводчики» (все – названия глав книги) и т.д. При кажущейся очевидности и однозначности ответов на эти и многие другие вопросы на самом деле все не так просто. К примеру, на риторический вроде бы вопрос: «Можно ли обойтись без перевода?» – Беллос отвечает утвердительно, допуская три варианта: выучить все нужные языки, использовать один общий язык или «просто игнорировать людей, которые говорят не так, как мы». Все три способа сегодня представляются слишком радикальными и утопическими, «однако это не просто воображаемые парадоксальные решения в сфере межкультурной коммуникации. Все три пути отказа от перевода встречались в истории человечества. Более того, с исторической точки зрения любой из них ближе к норме на нашей планете, чем та культура перевода, которая в наше время кажется естественной и неизбежной. На самом деле, хоть это особо не афишируется, многие страны прекрасно обходятся без переводов». Дэвид Беллос рассказывает о переводах «вверх» и «вниз», вольных и буквальных, поэтических и новостных… Приведен любопытный факт из истории синхронного перевода: оказывается, «современный мир конференц-перевода» возник относительно недавно – при подготовке Нюрнбергского процесса, когда потребовался перевод на несколько языков одновременно, поскольку судьи и следователи из четырех стран говорили на английском, французском и русском, а подсудимые – на немецком. «Микрофоны и наушники барахлили, юристы и свидетели говорили слишком быстро, переводчица неоднократно разражалась рыданиями, слушая показания коменданта Освенцима. Но, несмотря на все препятствия, система сработала. Герман Геринг якобы сказал Стефану Хорну, одному из судебных переводчиков: «Ваша система очень эффективна, хоть она и сократит мне жизнь!»

А в целом от главы к главе все больше соглашаешься с Зощенко, Кавериным и другими «серапионовыми братьями», приветствовавшими друг друга: «Здравствуй, брат, писать очень трудно». А переводить – тем более.


Оставлять комментарии могут только авторизованные пользователи.

Вам необходимо Войти или Зарегистрироваться

комментарии(0)


Вы можете оставить комментарии.


Комментарии отключены - материал старше 3 дней

Читайте также


Россия и талибы довели Пентагон до расследования

Россия и талибы довели Пентагон до расследования

Игорь Субботин

В Вашингтоне ищут источник утечек о спонсорах боевиков

0
283
Киев настаивает на ревизии Минских соглашений

Киев настаивает на ревизии Минских соглашений

Татьяна Ивженко

Спор об особом статусе Донбасса выходит на новый уровень

0
356
Китай подыграл проамериканскому лобби в Индии

Китай подыграл проамериканскому лобби в Индии

Владимир Скосырев

Дели укрепляет военные связи с Москвой

0
444
Протесты в Мали возглавил противник французской интервенции

Протесты в Мали возглавил противник французской интервенции

Данила Моисеев

Недовольство лидером африканской страны может вылиться в борьбу с иностранным вмешательством

0
304

Другие новости

Загрузка...