Титусы Советологовы РАССЛАБЛЯЛСЯ я давеча в термах Каракаллы, как обычно, в обществе актрис и кифаристок, и вдруг звонит мне по мобильнику Витюша Геращенко, главный наш центральный банкир. Мы, говорит, посоветовались и решили, что на тысячерублевой новозадуманной купюре должен быть портрет Титуса, и никого другого. Так что, если согласен, когда прислать фотографа?
"За что такая честь?" - интересуюсь. Хотя в глубине души не сомневаюсь - заслужил.
"А кого, кроме тебя? - гнет свою линию Витюша, блюститель валютного нашего быстротекущего резерва. - Гагарин вроде не ко времени - как раз станцию "Мир" топим в мировом враждебном океане. Калашникова на дензнаки впаять, с автоматом его знаменитым в руках, - скажут, опять, мол, Запад стращаем. А ты - в самый раз. Мирный тусовочный интеллигент, но при том классик, матерый человечище, национальная наша гордость".
Я подумал - нет, говорю, давай пока тиснем Карелина Саню, медведя молодого политического, символ обострившейся греко-римской классовой борьбы. Он тоже гордость. Саню вы забыли, несправедливо это. А уж попозже, на 5-тысячной бумажке, меня... Что поделаешь, вздыхаю, инфляция, дешевеет славный наш рублик... И, кстати, забрасываю удочку, ты, Витек, денег мне немного дать не сможешь взаймы, кредит беспроцентный, бессрочный, безвозвратный?
Он тут же отсоединился, только гудки в трубке.
А я на себя в зеркало смотрю - ведь неплохо может получиться!
И тут в древнеримских моих мозгах мелькнула поистине монументальная мысль: да что там деньги! Такого молодца - не то что на дензнаки, его в бронзе отлить не стыдно и на площади поставить. Титус Советологов на быкоголовом Буцефале, в смазных сапогах, в поддевке, в красной рубахе навыпуск, в генеральской постсоветской фуражке с высокой тульей, с копьем в руке и пистолетом Макарова на боку! Такого хоть на Тверской ставь, прямо против касика московского Юрия Долгорукого, хоть на Лубянской. Там свято место давно пустует, архетипическую нашу память тревожит...
