Титусы Советологовы МОСКОВСКИЙ городской голова, известный покровитель искусств и любимец столичных муз, решил ознакомиться с новыми поступлениями Третьяковской галереи. Повод нашелся: навстречу новому тысячелетию музей решил достойно проводить уходящее столетие и, с чего-то отряхнув пыль, а где-то - подсушив свежую краску, вынес из запасников на суд ценителей и простой публики искусство последних десятилетий. От, так сказать, периода борьбы с космополитами до нынешнего торжества космополитов в одной отдельно взятой стране.
Градоначальник прошелся по залам, полюбовался тем и сем. Все, кажется, понравилось ему. Но один вопросик все же удержать он не смог. И прямо спрашивает наследника дела братьев Третьяковых: "Церетели, - говорит, - что-то я не увидел. Или места достойного не нашлось?" "Почему же не нашлось?" - отвечает неробкий наследник великого дела. И - для пущей наглядности берет этак мягко московского мэра под белы рученьки и подводит его аккурат к просторному музейному окну. "Вот же он, во всей своей красе. Мы такого в запасниках держать не станем, - вот оно, ни для кого не закрытое, представлено его скульптурное искусство взорам посетителей музея".
Что и говорить: такое великое в смысле масштабов творение конца ХХ века в тесные музейные рамки не загонишь. Тут - или искусство, или Третьяковская галерея. Или - в крайнем случае - нужно новое здание. А пока, до окончательного решения вопроса, пусть настоящее искусство принадлежит, как ему и положено, народу.
Но никто ничего похожего вслух не сказал.
Юрий Михайлович внимательно вгляделся в знакомую и дорогую его сердцу скульптуру. И молвил: "Лишний раз убеждаюсь: великое - оно во всем велико. Одному Богу и мне известно, сколько материала ушло. Настоящее искусство - как чудо: стоит на воде, а ведь не скажешь! Точно на самой что ни на есть земной тверди. Надо будет походатайствовать перед Церковью, чтобы в список своих святых даров при случае включили, пусть паломники ходят. Сначала - в храм, потом - сюда, а кто-то, может, и до вас доберется".
