Алкей Буду краток. В Древней Греции инквизиции не было. Все разногласия решались за дружеским столом. Ну, могли, конечно, и цикуты налить. Но это детали. А вот в Челябинской области, поговаривают, что-то похожее на инквизицию есть. Во всяком случае, мэр города Чебаркуля Андрей Орлов этой самой уральской инквизиции побаивается. Так, сообщают местные ученые, он и пишет на своей странице в Facebook, что областные власти хотят, чтобы мэр подал в отставку. Если я этого не сделаю, сокрушается градоначальник, то фантазия Инквизиции, с ее средневековыми казнями, покажется мне весьма скромной. Такие вот, продолжает с тихой, но доброй грустью чиновник, простые, «пацанские», у нас получились «терки», простите жаргонное изложение.
Фалет и Фиест при этих словах чуть было не закричали с надрывом, дескать, не забудем, не простим, но Тиртей поглядел на них со значением, они и умолкли. А я про уральские национальные особенности думаю, про «терки». Челябинская инквизиция, видать, настолько сурова, что может и на мэра замахнуться. Фалет и Фиест не унимаются. Знаем, кричат, главного инквизитора, фамилия его – Торквемадзе. Тиртей подвергает их слова критике и говорит, что Торквемадзе, кажется, не инквизитор, а нашими несогласными заведует. А мне кажется, зря они спорят. Потому что инквизиция – это хорошо. Железная дева? Прекрасно. Пусть будет Уральская железная дева. Для этих, например, кто нетрадиционные взгляды пропагандирует. Башмаки с шипом? Правильно. Башмаки коррупционера с шипом. Вилка еретика? Вилка экстремиста. Колыбель Иуды? Колыбель сепаратиста. А вот мне особенно нравится – Кошачья лапа или испанское щекотало. Российское, конечно, российское пусть будет щекотало, а в остальном – все верно. Так и победим.
Дарья Гармоненко 
