Александра Самарина. Тайное стало явным. А может, просто долго перебирали варианты. В начале семидневки определился президентский преемник – теперь уже официальный. Страна перестала гадать на кофейной гуще, устраивая рейтинговые гонки политиков. И вроде бы проясняется картина будущего трудоустройства президента. Сегодня, как ожидается, Владимир Путин на съезде «Единой России» ответит первому вице-премьеру Дмитрию Медведеву, заявившему о своем намерении рекомендовать кандидатуру нынешнего главы государства на пост премьера.
Здесь, правда, возможны варианты. Непредсказуемость президентского выбора – в том числе и в отношении собственной судьбы – заставляет граждан до последней минуты строить догадки: согласится ли? Или, поблагодарив, пообещает подумать, оставляя себе оперативный простор для принятия решений вплоть до 2 марта?
Тем не менее уже сегодня определились некоторые векторы развития страны.
С одной стороны, единороссовское большинство Государственной Думы лишается мощной президентской поддержки. Их надежды на Путина-спикера, Путина – партийного лидера не сбылись. Впрочем, медведи и раньше получали от президента недвусмысленную оценку их скромной роли в истории: достаточно вспомнить встречу Путина с красноярскими автодорожниками.
В результате думские единороссы уже не выглядят в нижней палате столь несокрушимыми, как это казалось им недавно. Нежелание президента вступать в ряды партии власти, даже несмотря на временное пребывание в предвыборной ее тройке, становится демонстративным. И – оставляющим надежду для думской оппозиции, если она, конечно, захочет спорить с ЕР.
С другой стороны, Путин-премьер не оставляет Думе площадки для спора с исполнительной властью. Если раньше парламентарии позволяли себе критиковать правительство по целому ряду вопросов, взывая к арбитру-президенту, то теперь им взывать уже просто не к кому.
«Справедливая Россия» заранее согласна со всем, что исходит от нынешнего главы государства. Это часть ее программы и основа предвыборной кампании. В более сложном положении оказались коммунисты: Путина-премьера, обладателя громадного рейтинга, критиковать сложнее, чем его предшественников, получавших известность только после назначения на высокий пост.
В результате степень послушания парламента достигнет критических высот. За которыми – только его роспуск. За ненадобностью. Между тем палата депутатов – важнейшая часть структуры гражданского общества. Паралич одной из ветвей власти ведет к гипертрофированному и нездоровому развитию другой. Отсутствие критики ослабляет политического монополиста и сильно корректирует прежний курс, ради преемственности которого с дороги убирались преграды – вплоть до самых незначительных кочек.
Одновременно происходит отмирание остальных механизмов саморегулирования. Отсутствие межпартийной борьбы ведет к атрофии СМИ. Политическое пространство в безгласном обществе съеживается подобно шагреневой коже.
