0
1674
Газета Культура Печатная версия

23.06.2000

"Мангалочий дворик" Ахматовой

Тэги: Ахматова


Анна Ахматова. Ташкент. 1943 г.

ПЕРЕСТУПИВ порог, я услышал удивительный, неповторимый тембр ахматовского голоса с характерными напевными интонациями. Анна Андреевна читала свое загадочное стихотворение "В зазеркалье", которого, по свидетельству современников, сама "немножко боялась":

Красотка очень молодая,
Но не из нашего столетья,
Вдвоем нам не бывать - та,
третья,
Нас не оставит никогда.
Ты подвигаешь кресло ей,
Я щедро с ней делюсь цветами...
Что делаем - не знаем сами,
Но с каждым шагом нам
страшней.
Как вышедшие из тюрьмы.
Мы что-то знаем друг о друге
Ужасное. Мы в адском круге,
А может, это и не мы.

С декабря прошлого года в Ташкенте существует клуб-музей Анны Ахматовой "Мангалочий дворик", которому должно и нужно быть в узбекской столице: ведь когда в тяжелые 40-е годы эвакуационные дороги привели Анну Андреевну в этот город, невзгоды военного лихолетья были окрашены для нее дружеским теплом азиатской земли.

Клуб-музей, пожалуй, довольно точное название для этой выставки-экспозиции, которая нашла свое пристанище во дворце культуры Ташкентского тракторного завода. Самодеятельный музей собрал вокруг себя и членов клуба поэзии, театра и музыки имени Высоцкого, и литературного объединения "Под крылом Пегаса", и клуба книголюбов и литературной гостиной "Серебряный век".

Директор клуба-музея Альбина Маркевич - идеальный вдохновитель, средоточие немногочисленного круга людей, так или иначе причастных к пребыванию великой русской поэтессы в Ташкенте.

Задуман музей был давно. "При Русском культурном центре мы открыли Клуб Анны Ахматовой "Мангалочий дворик", - вспоминает Альбина Маркевич. - Почетным председателем клуба стала ташкентская писательница Зоя Александровна Туманова, которая была хорошо знакома с Анной Андреевной в годы своего отрочества. Близость с Ахматовой - это всегда очень сомнительная вещь, Анна Андреевна мало кого очень близко к себе подпускала, но в данном случае она прониклась огромной симпатией к юной Зое Тумановой, слушала ее стихи и читала свои, дарила девушке, влюбленной в ее поэзию, не только автографы - отдельные странички своих рукописей, - но и даже личные вещи".

Кроме Зои Александровны и Альбины Маркевич, идеей превратить клуб Ахматовой в музей прониклись несколько других ташкентцев. Например, Хулькар Алимджанова - дочь известнейших узбекских поэтов Хамида Алимджана и Зульфии. Правда, сама Хулькар не была знакома с Анной Андреевной, но хорошо знает о ее жизни в Ташкенте со слов родителей.

В числе инициативной группы и знаток узбекской народной музыки Дильбар Рашидова, которая тоже была знакома с Анной Андреевной, хотя познакомились они не в Ташкенте, а уже в Ленинграде.

Больше всего экспонатов для музея предоставила Наталья Георгиевна Зайко - дочь Софьи Аркадьевны Журавской, ташкентской подруги Анны Андреевны. Наталья Георгиевна утверждает, что и сегодня еще хранит память тепла и пожатия руки Ахматовой, которая ее, 4-летнюю девочку, водила на прогулки в сквер. В семье Зайко долгое время хранились письма, записки Анны Андреевны, адресованные ташкентской подруге, прочитать которые нынче можно в музее "Мангалочий дворик". Правда, это фотокопии - оригиналы были переданы Фонтанному дому в Ленинграде. Но и в ташкентском общественном музее есть экспонаты-подлинники - письма Корнея Чуковского, Фаины Раневской, Надежды Мандельштам, письмо самой Журавской, адресованное жене Вс.Иванова, но почему-то не посланное. В нем рассказ о трудной судьбе дочери Есенина Татьяны, которая в годы войны тоже оказалась в Ташкенте. Быть может, "Мангалочий дворик" не располагает достаточным количеством экспонатов, чтобы называться настоящим музеем, но в нем организаторы постарались воссоздать уголок старого Ташкента, каким он был в годы пребывания в нем Анны Андреевны, тем более что Ахматова неоднократно говорила, что именно на узбекской земле она ощутила удивительную человеческую доброту, осознала, что это такое - "тень древесная", "журчание вод". Здесь она вовсе не ощущала себя чужестранкой - "Кто посмеет сказать мне, что я здесь на чужбине". "Я не была здесь лет семьсот", - она ведь из чингизидов и фамилию взяла своей прабабки.

Ощущение Ташкента как чего-то близкого, коренного, родного, родственного ей, восприятие узбекской природы, здешних людей и обычаев отразилось в великолепных стихах Анны Андреевны, посвященных столице Узбекистана. Это целый цикл стихов: "Луна в зените", "Ташкентский цикл", "Ташкентские страницы". Здесь, в Ташкенте, она продолжила и завершила "Поэму без героя". Да, дописывала ее до последних дней, но первая редакция завершена в Ташкенте.

В ташкентском музее Ахматовой нет ее подлинных вещей. Но собрано то, что все же позволяет представить простоту обстановки, в которой она жила в те далекие 40-е:

Как в трапезной скамейки, стол,
окно
С огромною серебряной луною,
Мы кофе пьем и черное вино,
Мы музыкою бредим. Все равно,
И зацветает ветка над стеною.
И в этом сладость острая была,
Неповторимая, пожалуй,
сладость -
Бессмертных роз, сухого
винограда
Нам Родина пристанище дала.

Старинное потрескавшееся зеркало, чугунный утюг, в который когда-то закладывались горящие уголья, латунный кофейник, глиняный кувшин, белоснежное полотенце, котел на мангале...

Дом, в котором она когда-то жила, к сожалению, не пощадила стихия - он был уничтожен землетрясением 1966 года. Правда, был еще один, где Анна Андреевна жила весьма короткое время - около месяца - его не пощадили уже сами люди. Использовавшийся в последние годы под склад, он попал под снос. Ахматовские поклонники обратились к ташкентским властям с просьбой не сносить этот дом, а предоставить его для музея Ахматовой, и просьба была поддержана посольством России в Узбекистане - но 4 года тому назад он был смят бульдозером, а его саманные останки вывезены на городскую свалку.

Нынче на этом месте высится 4-звездочный отель. Постояльцам невдомек, что когда-то по этой земле ходила, вдыхала запахи цветущего сада, слушала журчанье арыка и писала удивительные стихи та, что стала гордостью русской словесности.


Оставлять комментарии могут только авторизованные пользователи.

Вам необходимо Войти или Зарегистрироваться

комментарии(0)


Вы можете оставить комментарии.

Читайте также


Лошадка вздрагивает,  но бежит быстрей

Лошадка вздрагивает, но бежит быстрей

Мария Максимова

Андрей Геласимов об античном троллинге, многоликом адмирале и ироничном пафосе

0
2126
Я про что мне угодно пишу

Я про что мне угодно пишу

Елена Семенова

Андрей Чемоданов о странной, похожей на бокс, сексуальной любви к поэзии и опыте вычеркивания

0
2201
Прочел и съел

Прочел и съел

«НГ-EL»

Наш литературный прогноз на 2018 год – год Муму, футбола и волонтеров

0
2786
О литературе без «глушилок»

О литературе без «глушилок»

Виктор Леонидов

Хулиган Маяковский, сентиментальный Эренбург, яростный Солженицын

0
1929

Другие новости

Загрузка...
24smi.org