0
655
Газета Проза, периодика Печатная версия

20.05.2020 20:30:00

Какая уж тут пастораль…

Маленькая копия «колыбели человечества», уничтоженная чернобыльской катастрофой, в романе Владимира Сотникова получает вторую жизнь

Тэги: проза, деревня, библия, чернобыль, история, катастрофа


проза, деревня, библия, чернобыль, история, катастрофа В своей деревне я видел все мироздание… Архип Куинджи. Забытая деревня. 1874. ГТГ

Слова из аннотации к новой книге Владимира Сотникова «Холочье» – о том, что «автор создает своего рода феноменологический рисунок жизни», – соответствуют самой сути текста. Владимира Сотникова явно интересуют только главные явления, и каждому из таких явлений посвящена в его романе отдельная глава. И каждое из них – архетипическое, почти мифологическое. «Будь я атомом, в капле воды увидел бы океан, так и в своей деревне я видел все мироздание. Поэтому вся моя дальнейшая жизнь, все впечатления и переживания, все мысли, сомнения и разочарования, горе и счастье – ничто и никогда не приходило ко мне впервые, а всегда повторялось отражением от первых чувств. Особенно люди, которых я потом встречал, о которых читал в книгах, – в их обликах и характерах всплывали черты моих соседей. Мне почему-то сейчас приятно осознавать, что детство я провел если не в колыбели человечества, то уж наверняка в ее маленькой и точной копии», – пишет Владимир Сотников.

«Колыбель человечества» – это и есть деревня Холочье, смытая чернобыльским потопом. Жизнь людей, населявших ее, воспроизведена в первой части романа. Но отнюдь не с бытописательской и даже не с летописной целью. В предыдущем своем романе «Улыбка Эммы» (2016) автор продемонстрировал «сущностность» своего взгляда на мир. В «Холочье» воспроизводится та же авторская матрица: видеть только главное. Однако не следует думать, что в романе представлен набор общих мест. Нет, каждая из глав его первой части являет собою выразительный эпизод деревенской жизни. Причем пасторали ожидать не стоит, ведь в «библейской слитности деревенского детства» пасторали нет – так же как нет ее, собственно, и в Библии.

Вот в главе о трехголовом драконе – братьях Гореликах – автор пишет не просто о вражде близких людей, но о ненависти как явлении: «Было непонятно, как они не убивают друг друга, ведь дрались не только кулаками, но и кольями, впечатывали друг в друга камни, прыгали на распростертое тело обеими ногами. Драка перекатывалась по всей деревне, вспыхивала то в одном месте, то в другом. Кого-то из них запирали, но они были неудержимы, разбирали стены сарая и появлялись с другой стороны, как будто прилетев откуда-то. И все начиналось сначала, уже в вечерних сумерках, уже с фонарями, кого-то из них отливали водой, он приходил в себя, вырывал из забора кол и гнался за своими братьями. Как, не понимаю я сейчас, как все-таки они оставались живы?»

18-14-12250.jpg
Владимир Сотников. Холочье:
Чернобыльская сага.
– М.: АСТ, 2020. – 224 с.
Какая уж тут пастораль! Однако было бы ошибкой поместить «Холочье» в череду произведений о «свинцовых мерзостях жизни». И не потому, что светлый взгляд на мир все-таки преобладает – в историях о деревенских стариках Гытале или Гаврилихе, о супружеской любви Мовши и Мовшихи (о Филемоне и Бавкиде заставляет эта любовь вспомнить и автора, и читателя), об отношении холочских жителей к многодетной семье Голофаевых. Нет – дело в том, что при большой насыщенности ситуациями и характерами книга вообще не является собранием жанровых картинок, не важно даже, грубых, трогательных, смешных или ошеломляющих. Сверхзадача – вот какое слово представляется определяющим по отношению к роману «Холочье». Странное, непонятное звучание этого слова наилучшим образом подходит к воспроизводимой по памяти и одновременно творимой автором действительности: «Любая часть Холочья была частью не только его, но и всего, что было больше. И эта маленькая часть, вытекая из Холочья в огромное пространство, оживлялась сама и оживляла весь мир. Речка, лес, деревья, дома, улица, люди, я сам – все словно существовало где-то еще, и это стремление к своему невидимому отражению и было жизнью».

«Холочье» не ломает представления о романе, а открывает в этом жанре неожиданные возможности. Именно неожиданной, даже ошеломляющей становится вторая часть книги – в ней автор рассказывает предысторию того, что привело к появлению его героя, то есть и к будущему созданию им Холочья как явления. Вторая часть представляет собой почти нон-фикшен – воспоминания деда и матери героя о временах от ХIХ века до Отечественной войны. И перечень предков, рождавших множество детей (их имена с библейской же естественностью ложатся в текст), и скупое описание событий, разрушавших жизнь страны и создававших ее заново, и жизнь юноши, вырывавшегося из грубой действительности к свету разума и красоты, и трагический военный путь деревенской девочки с запада на восток и обратно – все работает на цельную авторскую задачу.

Подзаголовок романа – «Чернобыльская сага» – может ввести в заблуждение читателя, который ожидает найти подробности об аварии или о жизни в зоне отселения, вплоть до монстров и попаданцев, быть может. Ничего этого в «Холочье» нет. Есть деревня, уничтоженная чернобыльской катастрофой, и она на страницах книги получает вторую жизнь.


Оставлять комментарии могут только авторизованные пользователи.

Вам необходимо Войти или Зарегистрироваться

комментарии(0)


Вы можете оставить комментарии.


Комментарии отключены - материал старше 3 дней

Читайте также


История медицины. Как впервые в истории вернули человека после клинической смерти

История медицины. Как впервые в истории вернули человека после клинической смерти

Наталья Ёхина

«Вот как называется теперь это чудо – реаниматология…»

0
1487
Противостояние с «немецкой партией» академиков началось еще при Ломоносове

Противостояние с «немецкой партией» академиков началось еще при Ломоносове

Андрей Ольховатов

Ученое хмельное буйство

0
505
Как «одомашнивали» электричество в XIX веке

Как «одомашнивали» электричество в XIX веке

Макияж, который привыкли наносить при газовом свете, при электрическом освещении смотрелся чудовищно

0
1305
Стрела времени. Научный календарь, май-июнь, 2020

Стрела времени. Научный календарь, май-июнь, 2020

0
432

Другие новости

Загрузка...
24smi.org