Лев Шпринц I’ll bе bасk! – слышалось мне каждый раз, когда я проходил мимо шкафов со своими пластинками. Все эти долгие годы я верил этим черным пластмассовым дискам, в красивых картонных конвертах, тесно сомкнувшим свои ряды за стеклами больших шкафов. И они действительно вернулись, причем намного раньше, чем я ожидал. Однако вернулись не как универсальный тип музыкального звуконосителя, а как новейший объект коллекционирования.
В первой своей ипостаси виниловая 33-оборотная пластинка – предмет нашего разговора – просуществовала довольно долго, с середины 1950-х гг. до середины 1980-х гг., когда ей пришлось передать свои полномочия «чуду техники» своего времени – лазерному, как его тогда называли, диску. Наступление «компакта» было стремительным и, как казалось, бесповоротным – уже в 1988 году в мире CD-дисков было продано больше, чем виниловых пластинок. (К нам компакт-диски пришли позже, в 1994–1995 гг., что было связано с отсутствием аппаратуры для их проигрывания.) К тому времени в нашей стране уже начало зарождаться коллекционирование виниловых дисков как явление, то есть появились первые «оригиналы», для которых сами пластинки были не менее интересны, чем музыка, на них записанная. Но даже и этим ортодоксам винилового диска пришлось, «наступая на горло собственной песне», переходить на новый формат. Ведь компакт-диск обещал невиданные и неоспоримые преимущества, перед которыми тогда мало кто мог устоять, но которые, как оказалось впоследствии, были сильно преувеличены. Но когда это стало очевидным, обратный путь оказался отрезанным – производство виниловых дисков было прекращено, а остатки грампластинок распроданы, что называется, «на вес».
К счастью и радости фанатов винила, господство CD не продолжалось слишком долго, хотя за это время и успело вырасти целое поколение меломанов, для которых первой пластинкой стал компакт-диск и которым, следовательно, было неведомо «скромное очарование» винилового диска. Но вот на рубеже веков на смену CD (или по крайней мере как альтернатива ему) пришли новые, «продвинутые» типы звуконосителей. Тем самым под недолгой эпохой компакт-диска была подведена еще не жирная, но уже черта. Этим обстоятельством да еще нахлынувшей первой волной ностальгии и можно объяснить появление коллекционирования виниловых пластинок как феномена. Вообще грампластинка – не только просуществовавший дольше других звуконоситель (стоит напомнить, что на виниле была записана большая и, я уверен, лучшая часть музыки XX века – от Била Хэйли до «Секс Пистолз», от Чарли Паркера до Яна Гарбарека, от Дмитрия Шостаковича до Альфреда Шнитке, от Давида Рихтера до Пласидо Доминго), но и целая субкультура, ставшая неотъемлемой частью жизни не одного поколения. Возможно, здесь не последнюю роль сыграл тот факт, что история винила неким чудесным образом совпала с историей рок-н-ролла.
И вот виниловый диск осваивается в новом качестве. Теперь он становится полноценным объектом собирательства со всеми общепризнанными атрибутами – выставками, каталогами, аукционами и т.д. На Западе, традиционно опережающем медленно ползущую к прогрессу Россию, коллекционирование виниловых пластинок стало не только фактом, но уже успело приобрести свою историю. В нашей стране этот процесс только начинается, поэтому самое время познакомиться с этим новейшим видом антиквариата, с его спецификой.
