Сегодня вечером, когда в России отмечают День памяти жертв репрессий, в эфире телеканала «Культура» состоится телевизионная премьера документального фильма «Дольше жизни» Дарьи Виолиной и Сергея Павловского. А накануне, в воскресенье, в кинотеатре «Эльдар» прошла кинопремьера картины. Среди других гостями премьеры стали и герои фильма Майя Кляшторная и Валентин Муравский. Она приехала на премьеру из Минска. Мать Кляшторной была арестована, когда ей самой было четыре месяца, выросла в детском доме, сейчас работает научным руководителем мемориала «Куропаты» под Минском, где находился расстрельный полигон, Муравский – из Петербурга; как и Майя Кляшторная, он тоже из детей репрессированных и, как и Кляшторная, посвятил жизнь борьбе за правду о сталинских репрессиях, он нашел и стоял у истоков создания мемориала «Левашово», подобно Куропатам, и тут был один из самых крупных расстрельных полигонов.
Фильм Виолиной и Павловского – о детях, прошедших страшным этапом со своими мамами и выросших за проволокой детских бараков. Это фильм о тех, кто выжил, ничего не забыл и посвятил свою жизнь памяти родителей и тысяч и миллионов жертв репрессий. Среди тех, чьи рассказы звучат в фильме, – Чингиз Айтматов, Тамара Петкевич, Азарий Плисецкий. В интервью накануне премьеры авторы фильма подчеркивают, что это все рассказы не только про прошлое, вот пример: «Одно из памятных мест – мемориал «Медное» под Тверью. Медное – это вторая Катынь. Польских офицеров в 1940 году расстреливали в трех разных местах, среди которых Катынь – самое известное. Медное – тоже неслучайное место, поляков в 1940 году вывезли расстреливать не просто в какой-то лес, а туда, где НКВД уже и раньше расстреливало обычных советских граждан – крестьян и инженеров, партийных и священников, мужчин и женщин. И в Катынском лесу, который прочно в общественном сознании связан только с Польшей, лежит русских людей гораздо больше, чем поляков. Но мы почему-то про них реже вспоминаем. В Медном установлены два памятника – польский и российский, над лесом развеваются флаги обеих стран, но если вы спросите, кто чаще к ним приезжает – потомки 5 тыс. похороненных здесь поляков или потомки 6 тыс. похороненных здесь русских, ответ будет неутешительным для нас. И в данном случае невозможно оправдать себя ни жестокой властью в прошлом, ни равнодушной властью в настоящем».
Нелли Поспелова
Игорь Селезнёв 
