Наталия Григорьева
В основе фильма – вечная тема взаимоотношений отцов и детей. Кадр из фильма
«Правда» Хирокадзу Корээды открывала в 2019 году Венецианский фестиваль – годом ранее режиссер победил в Каннах с фильмом «Магазинные воришки», новый же проект стал для него первым международным. Главные роли – матери и дочери – сыграли французские звезды Денев и Бинош, зятя первой и мужа второй – американец Хоук. Музыку написал российский композитор Алексей Айги. Получилась европейская драма, одновременно по-чеховски разговорная и по-японски сдержанная. Про то, что правда у каждого своя, как и воспоминания – даже в пределах одной семьи.
Известная французская актриса Фабьен Данжевилль (Денев) написала мемуары под названием «Правда». Поздравить мать, а на самом деле прочитать книгу до ее выхода прилетает из Нью-Йорка дочь Люмир (Бинош). Вместе с ней в фамильное гнездо – парижский особняк, символично соседствующий с тюрьмой, – впервые попадают муж дочери, сериальный актер и алкоголик Хэнк (Хоук), и их ребенок Шарлотта. Люмир – сценарист и в первую же ночь профессионально берется за карандаш и вносит многочисленные пометки в текст мемуаров, утверждая, что в тексте ни слова правды, особенно в том, что касается их якобы идеальных отношений друг с другом. Фабьен же настаивает на том, что помнит все именно так, как написано, и вообще у нее нет времени копаться в прошлом – ей надо учить роль, она в качестве приглашенной звезды играет эпизодическую роль в сомнительной научной фантастике «Воспоминания моей матери».
По сюжету неизлечимо больная женщина, чтобы избежать смерти, улетает в космос, где время течет иначе, возвращается на Землю лишь раз в семь лет и, не старея, наблюдает, как ее дочка превращается из ребенка в подростка, потом в женщину, а потом в бабушку (ее и играет героиня Денев). Эта выдуманная дурацкая история удивительным образом перекликается с реальной жизнью Фабьен и заставляет и ее, и присутствующую на съемках Люмир усомниться в правдивости своих воспоминаний.К слову о перекличках – героиню Денев так и хочется сравнить с ней самой, тем более что режиссер то и дело подбрасывает байки из жизни своей вымышленной героини, которым нетрудно найти параллели в биографии актрисы. В первых кадрах даже пародирует этакий образ великовозрастной, но все еще востребованной кинодивы, но по ходу действия раскрывает в своем персонаже (возможно, опираясь и на личный опыт) более тонкие черты. Все это выпячивание востребованности Фабьен, имитация ее бурной профессиональной деятельности, наигранная надменность и напускное равнодушие – по большей части крик сожаления и одиночества, который Денев играет порой одним небрежным поворотом головы, взглядом и изгибом губ.
Имена несуществующих актрис перемежаются фамилиями ее реальных известных коллег, и Денев блестяще, зачастую комически, иногда трагически отыгрывает реакцию. Ухмыляется при воспоминании о Брижит Бардо, наигранно «забывает» о том, что какие-то ее коллеги еще живы, и то и дело погружается в грустные воспоминания о заклятой подруге, актрисе Саре, то ли погибшей, то ли покончившей с собой (сама Денев давным-давно потеряла в аварии сестру, актрису Франсуазу Дорлеак) – ее «призрак» все эти годы витает над семьей Фабьен и материализуется в партнерше по новому фильму, той самой, которая играет маму из космоса. Бестолковый фильм внутри фильма оказывает на героев терапевтический эффект, хотя до конца разобраться, где истина, режиссер все равно не позволяет – но так уж устроена человеческая память.Второй план у Корээды также полон нюансов и маленьких трагедий. Тут и история еще одного обиженного на книгу – многолетнего ассистента Фабьен, которого она вовсе забыла упомянуть в мемуарах, и линия мужа Люмир Хэнка, очаровательного неудачника-чужестранца, не говорящего по-французски, но будто бы лучше других понимающего, что творится между матерью и дочерью, и между делом подающего им пример хорошего родителя. По дому снует любопытная Шарлотта, которая верит в магию и в то, что бабушка может превратить любого человека в животное – превратила же она дедушку Пьера в черепаху. И кульминацией фильма, самым ярким мазком на этом «семейном портрете в интерьере» станет вовсе не назревающий всю дорогу разговор матери и дочери, а всеобщий танец под аккомпанемент уличных музыкантов, исключительно французский по духу и исполнению. Какая разница, кто прав, а кто виноват – всем попросту не хватает любви и таких вот магических моментов бессловесного единения.
комментарии(0)