Юрий Рокс В Женеве состоялся очередной 34-й раунд многосторонних консультаций по превенции напряженности на Южном Кавказе при участии представителей РФ, США, Грузии, Абхазии, Южной Осетии, а также ООН, ОБСЕ и ЕС. Эксперты сдержанно оценивают результаты встречи: к традиционному камню преткновения – статусу Абхазии и Южной Осетии – грузинская сторона добавила претензии по поводу российско-абхазского военного договора и фактической отмены обучения на грузинском языке в школах Гальского района Абхазии.
Заместитель главы МИД Грузии Давид Дондуа перед выездом в Швейцарию сообщил журналистам, что грузинская делегация намерена выразить протест по поводу военного договора между Москвой и Сухуми. «Они подписали соглашение на прошлой неделе, которое предполагает не только создание объединенных военных формирований, но и их использование за пределами Абхазии. Этот договор мы расцениваем как прямую угрозу и серьезный фактор дестабилизации в регионе и за его пределами», – заявил Дондуа.
Другая претензия касается, по словам Дондуа, «запрета грузинского языка в школах Гали, что является новой дискриминацией». Напомним, что Гальский район – место компактного проживания грузин в Абхазии. Эта проблема существует не первый год. Власти Абхазии рассматривают вопрос в «своей плоскости», предлагая в разное время различные схемы обучения: основное – на абхазском или русском языке, а грузинский язык как второй либо основное обучение на грузинском языке, но чтобы часы преподавания абхазского и русского языков как минимум не уступали часам грузинского и т.д. В конце концов «множественные схемы» до такой степени наложились друг на друга, что, по утверждениям грузинской стороны, ни у одной из 31 школы Гальского района не осталось статуса «грузинской», а на сам язык отведено несколько часов в неделю. Однако Давид Дондуа заявил, что, по последним данным, власти Абхазии вовсе запретили изучение грузинского языка.
Впрочем, сведения о табуировании грузинского языка в Абхазии доходят не впервые. И каждый раз абхазская сторона опровергает это: возможно, грузинский язык теряет статус одного из основных, испытывает некоторые ограничения, но запретов как таковых все-таки нет. Госминистр Грузии по примирению и гражданскому равноправию Паата Закареишвили считает положение с преподаванием на грузинском языке проблемным, но «у нашего правительства есть ресурсы и пути улучшения ситуации». Несмотря на то что переговорный процесс проходит очень тяжело, Закареишвили указывает на определенные позитивные моменты в отношениях Тбилиси с вышедшими из-под контроля автономиями. В частности, за получением квалифицированной медицинской помощи, что само по себе, конечно, никого не радует, жители Абхазии и Южной Осетии все чаще обращаются к грузинской стороне. Ежегодно, по словам госминистра, 200–300 человек обращаются за грузинскими паспортами и получают их. Такими гуманитарными контактами отношения в целом пока и ограничиваются.
Главным барьером на женевских консультациях остается проблема подписания мирного договора. Тбилиси отказывается подписывать документ с Абхазией и Южной Осетией, полагая, во-первых, нонсенсом заключение такого рода соглашения с регионами, которые являются частями Грузии, а во-вторых, считает конфликт грузино-российским, а не конфликтом с автономиями. Москва, в свою очередь, настаивает на юридическом закреплении обязательств Грузии по ненападению на Южную Осетию и Абхазию. А Сухум, к слову, в свою очередь, заостряет внимание на том, что нежелание Тбилиси подписывать договор является свидетельством наличия агрессивных планов и вынуждает абхазскую сторону углублять военное сотрудничество с Москвой.
Так, грузинское издание «Резонанси» приводит слова министра обороны Абхазии Мераба Кишмарии, который заявил, что «разговоры о том, что мы сами можем обезопасить себя, не соответствуют действительности, так как той техникой, которой мы обладаем, не сможем обеспечить безопасность». Комментируя договор о создании объединенной группировки армий в Абхазии, Кишмария отметил, что в ее состав войдут абхазские вооруженные силы и подразделения Российской армии, дислоцированные в республике. «Гарантом безопасности нашей республики является Россия, но это должно быть закреплено юридически. Мы должны делать все, чтобы обеспечить безопасность», – заявил он, попутно раскритиковав ту часть общества и тех военнослужащих, которые считают, что соглашение ущемляет суверенитет Абхазии или «является концом абхазской армии». Кишмария обещал разобраться с каждым офицером, кто «изложил подобную ерунду в социальной сети», сам пребывая в уверенности, что «таким людям не место в абхазской армии».
Вот на таком фоне грузинская делегация выразила протест против российско-абхазского соглашения о создании объединенной группировки армий.
Дарья Гармоненко