Дарья Курдюкова Московский музей современного искусства открыл в здании на Гоголевском бульваре выставку «Всегда другое искусство». Это около сотни произведений в диапазоне от нонконформизма до сегодняшнего дня из собрания Виктора Бондаренко, известного прежде всего своей коллекцией иконописи. Сотня – почти треть всего «запаса» современного искусства Бондаренко – сгруппирована в соответствии с привычным для ММСИ тематическим принципом, хотя экспозицию составлял владелец галереи Pop/оff/аrt Сергей Попов.
Виктор Бондаренко vs contemporary art – читай конец 80-х – 90-е годы. Тогда в коллекцию попал Константин Худяков, дружба с которым переросла, например, в нашумевший и очень неоднозначный проект «Deisis/Предстояние» про воссоздание облика героев священной истории, показанный в Третьяковке в 2004 году. Худяков, кстати, пока единственный, чьи работы для Deisis’а были созданы специально под собрание Бондаренко. Кроме Худякова среди первых в нынешней коллекции – Наталья Нестерова и ар-брютовец Леонид Пурыгин, фотореалисты Сергей Шерстюк и Ольга Гречина, а также персонаж довольно претенциозный, Михаил Шемякин. Активно Бондаренко взялся за собрание уже в 2000-х: по его словам, за это время оно пополнилось процентов на восемьдесят.
С любой презентацией любой коллекции современного искусства возникает один и тот же вопрос – не мудрствуя, разбить по хронологии и представить выкладку достижений отечественного art’а в означенный период? Или впихнуть работы в концепт, проиллюстрировать проблемы? Первая возможность – скорее вариант Третьяковской галереи (хотя и там осенью обещают заняться тематической экспозицией). Вторая – как раз стиль ММСИ, опробованный уже дважды («От штудии к арт-объекту», «День открытых дверей»). Сейчас оба сценария хитро свели воедино: каталог отсчитывает десятилетия, а экспозиция делится примерно на десять разделов с вывесками вроде «История/Миф», «Нагота/Одежда» или «Ландшафт/Предмет». Антитезы, как в последнем случае, не всегда отличаются кристальной ясностью, но все же.
«Всегда другое искусство» гораздо шире, чем то исторически сложившееся «другое искусство», где есть Оскар Рабин, Владимир Немухин, Дмитрий Краснопевцев и Илья Кабаков. Ведь в digest коллекции вошли и фотореалисты вроде непривычного раннего Файбисовича с немного наивным романтическим букетиком (внушительных, впрочем, размеров) ромашек 1984-го. И фотореалисты второго поколения вроде Евгения Гороховского, который зачем-то пытается выжать философию из союза фотоснимка и наложенного на него орнамента («Движение неба – вертикально», 2003). Semper idem – всегда тот же: все необходимые имена современного искусства тут есть. Если хорошенько порыться, найдутся и Виноградов с Дубосарским (а также ранний, 1991 года выпуска «Бисмарк» Дубосарского), и Сергей Бугаев (Африка), и Тимур Новиков. Борис Орлов окажется в разделе «Война/Власть» между Олегом Куликом, Мамышевым-Монро (гримируясь, играющим в путиниану в работе «ВВП») и скандальным Беляевым-Гинтовтом┘ Конечно, есть и любимчики вроде упомянутого Худякова.
Если вы убеждены, что коллекцию формируют исходя из привязанностей к «тем» или «этим», одних с другими не путая, – то, пользуясь названием одного из выставочных разделов «Структура/Хаос», скорее всего сделаете акцент на втором. Однако безусловный плюс «всеядности» такой подборки в том, что собранное вполне претендует на музейный уровень. А главное, является в лучшем смысле слова амбарной книгой современного искусства. Поскольку тут есть искусство всякое – и его, как слов из песни, из будущей истории искусства не выкинешь.
