Корпус в Кадашах открыли выставкой передвижников. Фото агентства «Москва»
В 2024 году Третьяковская галерея открыла филиал в Самаре, следом московское новое здание – выставкой передвижников. И закрыла Отдел новейших течений, один из самых энергичных, – фактически на нем явно ослабевший выставочный план держался в начале года.
Долгострой нового корпуса на Кадашевской набережной открывали дважды. Сперва в конце мая, тогда здесь прошел фестиваль «Интермузей», затем в конце октября – показом передвижников. Здание несколько месяцев простояло открытым фактически вхолостую.
И самарский филиал, и кадашевский корпус были задуманы задолго до нынешнего директора. А вот упразднение Отдела новейших течений, прикрытое реструктуризацией – создан Отдел искусства второй половины XX–XXI веков, – шаг новый. Притом что бывший Отдел новейших течений не только работал на реноме галереи и прежними яркими проектами: только в этом году на нем в выставочном смысле – с посвящениями Александру Константинову и Юрию Злотникову – держались зима и весна. Официальный ответ Государственной Третьяковской галереи (ГТГ) появился в соцсетях музея уже после открытого письма протеста Андрея Ерофеева, одного из прежних руководителей расформированного отдела, и сводился к общим словам о том, что все будет хорошо. Без конкретики.
Что касается выставочной деятельности ГТГ, не всегда известно, какие проекты были запланированы давно, какие нет, но вектор теперь развернут в прошлое, довольно далекое. Кадашевский корпус открылся «Передвижниками». В музее это позиционировали как первый за полвека крупный проект, по-новому их представляющий и вообще главный для музея на 2024–2025 годы. В залах сквозной нитью через тексты идут русская ментальность, миссия и т.д. Новое в итоге – главным образом за счет архивной части. Но Третьяковская галерея уже делала отдельные ретроспективы Ге, Левитана, Коровина, Серова, Репина, Куинджи, Поленова. Вторым проектом в Кадашах стала выставка Виктора Попкова, представителя сурового стиля, – его ретроспектива проходила 10 лет назад в Академии художеств. А вот первую – вообще первую – выставку авангардиста, сподвижника Малевича (и сына передвижника Саврасова) Алексея Моргунова, давно запланированную, но переносившуюся, в итоге представили скромно – в одном из залов постоянной экспозиции авангарда. Ощущение, что не только новейшее искусство, но и авангард при теперешнем директоре отодвинуты на периферию. Хотя у музея явные сложности с выставками, которые открываются реже, идут дольше – смотреть большинство из них кажется необязательным. Третьяковка поскучнела и быстро потеряла статус знаковой выставочной площадки, наработанный при Зельфире Трегуловой.
Татьяна Астафьева 
