После сообщения начальника Государственного центрального межвидового полигона (ГЦМП) «Капустин Яр» генерал-майора Олега Кислова о завершении испытаний очередной ракеты для оперативно-тактического комплекса «Искандер-М», в Пентагоне тут же вспомнили о заявлении Минобороны РФ от 19 мая с.г., в котором было сказано, что новая ракета будет точнее и дальнобойнее. И хотя генконструктор АО «Научно-производственная корпорация «Конструкторское бюро машиностроения» Валерий Кашин поспешил уточнить, что в ассортименте у «Искандера-М» уже более семи типов ракет, но ни одна не превышает 500-километровый порог дальности, установленный Договором о ликвидации ракет средней и меньшей дальности, Запад, который упорно продолжает обвинять Россию в нарушении договоренностей, это не успокоило. В свою очередь, Москва утверждает, что в универсальные пусковые установки Mk-41, размещенные на базах ПРО в Румынии и Польше, помимо противоракет Standard-3, можно зарядить и дальнобойные крылатые ракеты Tomahawk. Кто прав, кто виноват – не разберешь…
Но, похоже, затянувшаяся война компроматов уже теряет актуальность. Со слов генерал-майора Кислова, сегодня приоритетными задачами ГЦМП, хотя полигон и приписан к РВСН, являются испытания оружия на новых физических принципах (ОНФП). Из-за повышенной секретности рядовой налогоплательщик может только догадываться, как такие «изделия» выглядят. Известно только, что, возможно, речь идет о так называемом пучковом оружии, которое в миллионы раз мощнее лазерного. И не исключено, что Россия здесь снова впереди планеты всей. По крайней мере американский прототип пучкового оружия, смонтированный на спутнике, давно стал музейным экспонатом – эксперимент не удался. А вот российская нейтронная пушка, разработанная Всероссийским НИИ автоматики им. Н.Л. Духова, которой по соглашению NASA и Роскосмоса оснастили марсоход Curiosity, продолжает функционировать, что говорит о наличии у России уникальных технологий, которые можно использовать не только для того, чтобы установить, есть ли жизнь на «красной планете». Например, протонный генератор способен одним импульсом уничтожить ядерный реактор или ядерный боезаряд.
И это еще не все. В Вашингтоне тихо радуются тому, что американская стратегическая ПРО выходит на проектную мощность, что их РЛС якобы уже перекрывают все возможные траектории полета российских баллистических ракет. Вероятно, так оно и есть. Но и Москва, пообещавшая асимметричный ответ, судя по новостям с полигона «Капустин Яр», тоже держит слово. Еще одна перспективная форма применения пучкового оружия – это создание так называемых плазменных экранов. Для боеголовки межконтинентальной баллистической ракеты натолкнуться на такой «экран» – все равно что налететь на каменный забор: мгновенное разрушение конструкции гарантировано. Теоретически такую же технологию можно использовать также для борьбы с авиацией и реактивными системами залпового огня.
Некоторые образцы ОНФН уже демонстрировались в экспозиции военно-технического форума «Армия-2016». Правда, большая часть спецэкспонатов была закрыта для общего доступа, увидеть их смогли только специалисты. Хотя сам факт демонстрации таких разработок позволяет сделать вывод, что предприятия российского ОПК весьма продвинулись в области создания ОНФП. При этом некоторые эксперты не исключают, что производство боевых протонных ускорителей уже заложено в госпрограмму вооружений на 2018–2025 годы.
Не секрет, что разработки ОНФП активно ведутся в США, Китае и ряде других стран. А это значит, что хотя ракетно-ядерное безумие еще не завершилось, уже началась гонка вооружений на новых физических принципах. И, судя по нынешним отношениям России и Запада, надеяться на здравый смысл не приходится.
Владимир Скосырев 
