Владимир Зернов
Несмотря на всю мощь государственной системы высшего образования, нормально развиваться она сможет, только конкурируя с частными вузами.
Фото Александра Шалгина (НГ-фото)
Кажется, это очевидно, что система образования, великолепно справлявшаяся со своими функциями в индустриальной советской экономике, не может столь же эффективно работать в постиндустриальном обществе с демократическим устройством.
Скептики, конечно, могут напомнить, что после феноменальных успехов Советского Союза в различных областях (науки и техники, в частности) многие страны мира перенимали нашу систему образования. Да, так было. Но они смогли ее вовремя модернизировать и перестроить на современный лад. Мы же в последние 20 лет занимались проблемами выживания, нам было не до системных решений в образовании.
В итоге мы стоим у той черты, когда отечественная система образования по рейтинговым показателям уступает многочисленным зарубежным соперникам как из западных стран и Северной Америки, так и из развивающихся стран. Наверно, система подсчета рейтингов не идеальна, но в российском образовании действительно много причин, которые мешают ей быть адекватной требованиям времени. Образование уже не играет для экономики роль катализатора, что сразу же негативно сказалось на темпах ее развития.
Конечно, причин отставания нашего образования много, но самая главная – отсутствие организационно-экономических преобразований, без которых ни финансовые вливания, ни заделка трещин на фасадах не позволят вернуть нашу систему образования в число мировых лидеров. Среди таких преобразований, указываемых многими экспертами, и российскими и зарубежными, – несоответствие организационно-экономических отношений в образовании требованиям времени.
В стране нет равнодоступности вузов с различной формой учредительства к государственным средствам (ресурсам). Поэтому фактически полностью отсутствует конкурентная среда. Последнее время много раз обсуждался вопрос: с кем конкурирует государственный вуз при получении контрольных цифр приема (а значит, госденег)? Руководители системы образования отвечают на этот вопрос очень просто: сам с собой. Интересно, какой результат покажет спортсмен, который соревнуется сам с собой, при выходе на состязания любого уровня. Понятно, что он не окажется в числе призеров. Эта политика помогает держаться на плаву госвузам, штампующим невостребованных экономикой специалистов.
Основное, что нужно сейчас сделать, – создать конкурентную мотивацию как для коллективов вузов, так и для конкретных педагогов, введя в действие контрактные отношения: государство–вуз–учащиеся. Тогда и результат не заставит себя ждать.
В последнее время львиная доля дискуссий идет по поводу ЕГЭ. А ведь это не основная проблема. Если бы не было единого экзамена, а была бы другая система приема, отразилось бы это на конкурентоспособности образования всей страны? Нет.
Сохраняя систему образования на социалистических началах, мы фактически обрекаем ее на потерю конкурентоспособности. Еще в 90-х эксперты предупреждали о таком исходе, но их голос не был услышан, и мы получили то, что имеем, хотя перспективы были радужные.
Вещь, которую надо бы понять сегодня всем, – наличие негосударственного сектора крайне необходимо для формирования и существования конкурентоспособной среды. Вспомним, даже в годы войны в нашей стране было несколько авиационных конструкторских бюро – только для того, чтобы выпускать конкурентоспособный продукт. Мы же сейчас поставили знак равенства между качественным образованием и государственным образованием. А это же далеко не так. Сколько можно наступать на одни и те же грабли? Весь мир делит вузы на качественные и остальные, мы же делим по-социалистически, на государственные и прочие.
Мы очень долго действовали подобным образом в системе автопрома, пока жизнь не заставила нас пустить в Россию филиалы западных автомобилестроительных компаний. Не приступив незамедлительно к масштабным организационно-экономическим преобразованиям для создания конкурентной среды, мы загоняем отечественную систему образования в колею автопрома.
