Андрей Мельников «При всей разности культур, народов, учреждений мы все имеем нравственное чувство, у каждого из нас есть голос совести», - сказал парламентариям разных стран глава РПЦ. При этом он использовал свою любимую аналогию, заимствованную из марксистской политэкономии, но переиначенную на иной лад. «Иными словами, наша разность надстроечная, если использовать когда-то очень популярную терминологию. А нравственное чувство – это подлинный базис, это действительно универсальное свойство человеческой природы, присущее нам от рождения», - заявил патриарх Кирилл. При этом для обозначения универсальных моральных представлений он использовал кантовское понятие «нравственного императива», во времена СССР – излюбленную риторическую фигуру пропагандистов научного атеизма, использовавшуюся для разоблачения церковного «мистицизма». Естественно, в качестве альтернативы переосмысленному «нравственному императиву» постсекулярной эпохи патриарх Кирилл предсказуемо подверг критике универсальные либеральные ценности.
«В нравственном учении различных религиозных традиций мы видим совпадение, апелляцию к совести человека, которую мы, христиане, называем голосом Божьим в наших сердцах. Аксиоматика мировых религий различна, догматические учения разные, но как только мы переходим на нравственный уровень, как только говорим о необходимых базисных условиях мирного человеческого общежития, различные религиозные традиции демонстрируют нравственный консенсус», - заявил глава РПЦ.
Любопытно, что слова о нелиберальных универсальных ценностях прозвучали на фоне усиливающегося сотрудничества Московского патриархата с Католической церковью и консервативными протестантскими организациями на Западе.
Екатерина Трифонова 
Дарья Гармоненко