Владимир Буев
Галина Калинкина рассказывает о том, как писался ее роман «Верхние и нижние». Фото автора
В молодежном историко-культурном центре «Особняк Носова» прошла презентация романа Галины Калинкиной «Верхние и нижние». Писательница рассказала историю своего «освоения» этого особняка. В первый и второй раз она приезжала сюда как на экскурсию, а потом – «просто как к себе домой». Часть книги писалась внутри этого «чуда деревянного модерна» начала XX века – иногда, по словам сотрудника центра Валентины Ильиной, сидя на ступеньках, а иногда зайдя в зал (бывшую приемную купца), чтобы «проникнуться атмосферой дома». Калинкина просила также работников «поднять ее на чердак, чтобы походить там между стропил, сохранившихся с давнего времени». В особняк писательница приезжала «раз пять, чтобы послушать, что говорят эти стены, подслушать голоса героев». Дальше Калинкина «писала по внутренней памяти». Писательница провела параллель: по ее словам, Льву Толстому было достаточно приехать на Бородинское поле один раз и потом описать сражение.
По словам писательницы, текст книги «шел потоком». Нужно ли было жарить котлеты или идти в библиотеку или делать другие дела, но «текст тащил к ноутбуку». Когда выплывала какая-то мысль, Калинкина думала: «Сейчас я эти котлетки переверну, потом запишу». Но потом мысль уходила. Поэтому пусть котлеты сгорят, а Калинкина шла к компьютеру и записывала. Впрочем, котлеты при этом, как правило, не сгорали. «Где мы пишем?» – задавалась вопросом писательница. И сама отвечала, касаясь указательным пальцем головы: «Мы тут пишем, а потом на ноутбуке». Когда к ней являлись стихи, запоминать было проще, а когда проза идет целыми абзацами, то «надо бежать записывать, потому что долго столько прозы в себе не унесешь».
Свою первую книгу «Лист лавровый в пищу не употребляется», Калинкина, по ее словам, писала «из острого чувства несправедливости», оттого, что староверов якобы не осталось. Вторую «Голое поле» – «от недоумения», что многие не знают, кто такие русские галлиполийцы. А вот третью она написала «из-за диванных экспертов», потому что увидела, как некие люди в соцсетях задаются вопросом: «как они вообще революцию допустили, чем они все занимались?» Прототипами героев романа стали дореволюционные обитатели особняка. По словам Калинкиной, «книга как бы о Носовых, но совсем не о них». Носов был старообрядцем, а у старообрядцев «самые простые фамилии», поэтому и она выбрала простую – Грибов.
Читка фрагментов книги прошла в оригинальном формате. Перед началом презентации писательница раздала слушателям бумажные полоски с цитатами из романа. А потом собравшиеся произносили короткие фрагменты, звучавшие как афоризмы: «Люди пропадают, как вещи»; «Бывает, что дым, сгущаясь, развеет еще большую мглу»; «Нынче всё в упадке: и век, и человек»; «Начинали с чистой радости и вот дошли до безнадежной печали»; «Есть такое счастье у человека – быть дома»; «Мы тыкаем друг в друга в бок булавкой зла»; «Праздники поздно выбирать и игнорировать, они и без тебя состоятся»; «Тяжесть вины саднит душу, тяжесть обиды во сто раз более»; «Любой дом хорош, если он твой»; «Восхищение миром утеряно»; «Время молодости вмещает грехов столько, сколько после за всю жизнь не сделаешь»; «Иной раз непостижимым образом неприятности оборачиваются радостью».
«Я старалась выбрать фразы покороче, – пояснила писательница. – Чтобы никому не страшно и не больно было читать».
Кроме прочего Калинкина рассказала историю своей самой преданной читательницы, которая в третий раз подряд прилетает из Челябинска на презентацию ее книги.
