Андрей Сорокин Кристин Валла. Мускат. - СПб.: Азбука-классика, 2005, 224 с.
Никогда не читайте аннотаций на книжках новых авторов, издатели по вечной своей коммерческой привычке понапишут там всякой чепухи, а мы, читатели, потом ищи в книжках объяснения. Так и на обложке "Муската" - наврали по полной программе, назвали Кристин Валла, молодую (р. 1975) норвежскую писательницу, "скандинавским Паоло Коэльо". Может, это специальный ход, чтобы поднять продажи в Казахстане, только, если по-честному, Коэльо в романе вообще никакого нет. Это и к лучшему.
Современная книжка о любви. Она - молодая студентка. Их - двое, оба старше, один капитан, другой профессор. Сначала даже повеяло "Лолитой", правда, степень ответно-безответного чувства, конечно, круче, ибо действие происходит в Венесуэле на карибских берегах. Латинос со всеми присущими ему звуками, страстями и пряными запахами. Переплетение чувств и желаний - почти по Маркесу. Даже странно, что роман написан норвежкой. Впрочем, если учесть, что события отчасти автобиографичны, можно представить, что южная страсть победила северную холодность. Кристин Валла несколько лет прожила в Латинской Америке в изучении испанского языка и, уж конечно, познала там сопутствующие ему чувства.
Студентка Клара Йоргенсен сначала находит свою первую любовь - профессора Габриэля Анхелико на университетской лекции, а затем капитана Уильяма Пена в приморском городке Видабелла. Примирила-таки Кристин Валла норвежскую относительность с магическим реализмом с самого начала, в свойствах героев - героиня родилась под удар молнии, грустный профессор с сердцем с правой стороны, а капитанская доброжелательность располагала всех, "даже бродячие собаки подставляли бока, если их гладила крепкая капитанская рука".
Маркесовская традиция соблюдена: в роман погружаешься, как в теплое море, даже несмотря на небольшое, в общем, количество событий. Финал, как и во всякой женской прозе, грустный и сладко-терпкий, как мускат. Валла сама сформулировала свое к этому отношение: "Только трагическое может быть действительно прекрасным, потому что трагическое никогда не переходит в тривиальное". На самом деле, бывает по-разному, но на этот раз в тривиальное, к счастью, не перешло. Закон жанра соблюден.
