Нелюбовь, как и любовь, не виновата

Черный лебедь – птица красивая, но совсем не добрая. Иллюстрация из книги Альфреда Брэма «Жизнь животных». 1890

Новая книга Елены Данченко – по-своему энциклопедия жизни. Именно в виде книги ее рассказы производят на читателей телескопическое впечатление. Книга показывает все виды любви: неразделенные чувства, дружба как скорая помощь, любовь родителей к ребенку, женщины к мужчине, человека к коту, собаке, попугаю, ревность, любовь как наваждение… Видимо, мы устроены так, что одной привязанности нам бывает недостаточно. Мир человека сплетается из таинственных соответствий. Вроде незначительные подробности – высокий или низкий рост, профессии родителей, пристрастия и антипатии – могут кардинально повлиять на судьбу. Отец Елены Данченко был директором художественных фильмов, и в первую очередь поэтому ее книга называется «Такое кино». Кроме того, это устойчивое народное выражение. «Такое кино!» – говорим мы с досадой, если у нас что-то не получается, или с иронией, если мы попадаем в вихрь нелогичных, обескураживающих событий. Самый изощренный сценарист не придумает того, что нам преподносит сама жизнь.

Будущая писательница росла в атмосфере магии кинематографа. Через кино в душу ребенка входило нечто необычное, таинственное, приключенческое. Каникулы часто совпадали с отцовским съемочным периодом, и тогда папа брал дочку с собой. Какая это была радость! Однажды 14-летней Лене Кира Муратова предложила сняться в роли княжны Мэри по лермонтовскому «Герою нашего времени». Но дебюта в кино не получилось… Калейдоскопичность кинематографа хорошо отображает автобиографичную структуру книги.

Широко рассказана история материнской ветви семьи Елены Данченко (рассказы «Бабусенька» и «Такое вот кино»). У писательницы очень интересное генеалогическое древо. Про маму есть и другой рассказ – «Джинсы». В каждом возрасте у ребят и девчонок есть какие-то модные вещи, которые обязательно хочется иметь, и хорошие родители не станут жалеть денег на удовлетворение детских желаний. Чувствуется, что писать про маму и папу автору непросто. «Кино» было и в доме. Родители скандалили, а ребенок устроен так, что не хочет и не может выбирать между ними. Лучше ли было бы, если бы они не мучили друг друга, а заодно и ребенка, а развелись? История не терпит сослагательного наклонения. У девочки возникла мечта – создать семью не такую, как у родителей. Но теплота к ним обоим, к папе – больше, у дочки осталась. Книга посвящена памяти папы.

Во всем, что пишет Данченко, есть необычность и страстность. И встречаются ей также люди необычные – такие, как кишиневский журналист Михаил Мелешенко. О нем рассказ «Умалишенко». Писательское мастерство у Данченко, как оказалось, во многом заслуга этого человека, который стал для нее «живым литинститутом». Это он показал стихи Данченко Белле Ахмадулиной, и та сказала: «Эта девочка будет писать, и ей надо писать стихи». Благословение Беллы Ахатовны очень помогло становлению молодого автора и формированию ее творческого почерка. Через призму взгляда Михаила Мелешенко мы узнаем многое о самой Елене Данченко: например, что она была похожа в юности на трепетную лань – высокого роста, на каблуках, с горящим взглядом. К сожалению, Михаил любил Елену безответно. Ухаживания другого человека приятны, пока он не требует чувств и от тебя. Как умный человек Михаил понимал, что нелюбим. Но сделать с собой ничего не мог – такую силу имела над ним его любовь. Какие-то важные мысли об отношениях между полами Данченко сообщает нам как откровения: «У каждого свой типаж, смотришь на человека и понимаешь: твой – не твой…» И если «не твой» – тогда только дружба. Иногда – самой высокой пробы.

Этот рассказ – фактически некролог. Но читатель об этом вначале не догадывается. Трудно ощущать себя причиной гибели другого человека, когда ты в этом нисколько не виноват. И как жить рядом с человеком, чье душевное здоровье безвозвратно подорвано? В этом весь трагизм ситуации. Тем не менее финальный монолог Данченко звучит как запоздалое покаяние. Наверное, она могла бы уступить Михаилу. Но тогда она предала бы себя. Оба они в этой ситуации – «без вины виноватые». Нелюбовь, как и любовь, не виновата.

В прозе Данченко жизнь именно такая – с коллизиями, радостями и потерями, и часто – в одном флаконе. В этом тексте есть вставная новелла – рассказ о том, как Михаил помогал Белле Ахмадулиной искать в гостинице потерянный нагрудный крест Высоцкого, подаренный ей знаменитым бардом. Жизнь ценна и такими историями.

В рассказе «Ахматова и история КПСС» Данченко рассказывает о том, как, учась в Кишиневе на журналиста, была вынуждена изучать такой неприятный предмет, как история КПСС. На лекции по этому предмету обсуждали печально известное постановление 1946 года о журналах «Звезда» и «Ленинград». И Елена неожиданно для себя выступила против этого постановления, поскольку очень любила Ахматову. Ее выгнали с лекции, но она защитила Ахматову и Зощенко и стала университетской знаменитостью. Этот факт также можно внести в творческую биографию Елены Данченко.

Разнообразие произведений, вошедших в книгу, хорошо раскрывает душу писательницы. Больше всего привлекают в этих рассказах мастерство и откровенность. Данченко не щадит себя и ничего не приукрашивает. Поэт и импровизатор Александр Смогул говорил молодой писательнице: «Ты не умеешь взять даже то, что жизнь предлагает тебе сама». Хотя у Елены Данченко много достижений – как в литературе, так и в личной жизни.

Елена Данченко. Такое кино.– СПб, Алетейя, 2025. – 250 с.

Рассказ «Два черных лебедя» читается на одном дыхании. Здесь есть все: и поэзия, и сюжет, и нравоучение, как это бывает в баснях. Приглашая подругу на свой день рождения, героиня этого рассказа даже подумать не могла, что женщина начнет отбивать у нее партнера и придется выставлять ее за порог. Часто мы не подозреваем, что наши знакомые хуже, чем мы о них думаем. Есть персонажи, которые считают, что жизнь – борьба, в которой все средства хороши, поэтому приходится все время быть начеку. Но хотя бы в свой день рождения так хочется расслабиться. Порой обыкновенная зависть маскируется под «поиски справедливости» и этим пытается оправдаться. Все-таки хорошо иметь боевой характер. Он часто выручает в сложных жизненных ситуациях – останешься ли ты ни с чем или пойдешь дальше с гордо поднятой головой. Рассказ «Два черных лебедя» по форме напоминает классическую европейскую новеллу. Писательница использует принцип контраста. Два дня рождения – но какие разные! Расслабляться в жизни нельзя – на твое достояние могут покуситься даже друзья и подруги. И это происходит неожиданно, поскольку мы им максимально доверяем.

Проза Данченко эластична; она легко переходит от одного поджанра к другому, создавая цельные картины бытия. Замечательно написан рассказ о собаке, шнауцере по кличке Бармалей. Здесь есть такой эксклюзив, как описание собачьего сна: «Однажды мы увидели, как он, спящий, вдруг начал быстро перебирать лапами и глухо порыкивать – ему снились собачьи сны: то ли за ним гнались, то ли он убегал от погони. Он не мог нам этого рассказать, и мы его тогда не разбудили… Я только погладила его вздрагивающее тело и тихо сказала: «Баринька, малыш, успокойся, ты дома, ты с нами, все хорошо». И он перестал «бежать». Рассказ «Бармалей» пересказать с той же степенью откровенности, как он написан, не представляется возможным. У рассказов Данченко есть удивительная особенность: она связывает одним событием (например, днем рождения или покупкой собаки) несколько пластов жизни, где есть и хорошее, и плохое, и захватывающее, и трагическое. Данченко замечательно пишет о животных и птицах, читайте главу в книге «Звери, которые нас выбирают».

Книга «Такое кино» – большая и разнообразная. Ее рассказы – памятник эпохе, людям и ее семье. Многое изменилось. Члены семьи писательницы разъехались из Кишинева по разным странам. «Распространенье наше по планете особенно заметно вдалеке», – пел Владимир Высоцкий, подаривший в рассказе Данченко крестик Белле Ахмадулиной. Изменения коснулись и самой Елены, перебравшейся из Москвы в Голландию. Но она никогда не забывает о родных и близких. Вот что пишет она о своем отце: «Ареал папиных мест значительно расширился за прошедшие годы, потому что его сын живет в Риге, а я – в голландском Зэйсте. Один из внуков – в Москве. Папины дети и внуки ездят по миру, заезжая в диковинные страны и города, открывая их для себя. Дети и внуки – мы, папина кровь. Мы живем, папа, на всю катушку. А ты живешь в нас». В этом и видит писательница смысл бытия на планете Земля.