0
5232
Газета Non-fiction Печатная версия

19.04.2023 20:30:00

Альфа жизни Андрея Капицы

Судьба ученого-географа на фоне истории ХХ века

Тэги: биография, география, андрей капица, петр капица, сергей капица, антарктида, мгу, два капитана, каверин, тениссон


биография, география, андрей капица, петр капица, сергей капица, антарктида, мгу, «два капитана», каверин, тениссон Андрей Капица после защиты докторской диссертации, 1968 год. Фото из книги

«Бороться и искать, найти и не сдаваться» – заключительные строки из стихотворения поэта Альфреда Теннисона «Улисс» стали девизом героев книги Вениамина Каверина «Два капитана». Стали девизом поколения… Удивительные кунштюки проделывает с людьми судьба. Мальчик Андрюша вполне себе мог стать избалованным петиметром (В русской литературе XVIII века сатирический образ молодого француза-щеголя, франта, вертопраха, а также русского молодого дворянина, рабски копирующего этот французский образец в модах, манере поведения и т.д. – «НГ-EL»).

Андрей Капица, которому суждено было стать выдающимся географом и геоморфологом, появился на свет в Англии, которая уже перестала быть старой и доброй, хотя и сохранила консерватизм, почитая в числе человеческих добродетелей изрядно патриархальных черт. «На разрозненных печатных страничках Андрей Петрович напишет про свой переезд в СССР: «Мы практически не говорили по-русски, сидели на комоде в коридоре и швыряли в проходящих дровами».

Что же случилось, по воле каких причин и приводных механизмов судьбы он стал таким, какой он есть? Ответ в биографии, герой книги ее достойно прожил, а мы, как герои «Двух капитанов», идем вослед.

Обе книги фундаментальные. Одна представляет серию «ЖЗЛ», знаменитую советскую серию, продолженную в постсоветскую явь. Другая – ее расширенная версия. См. репортаж с презентации в «НГ-EL» от 23.03.23.

Исследование разворачивается различными планами жизни ученого, вбирая в себя полноту жизни, посвященной мысли: жизни, настоянной на растворе поиска, вечного дерзновения и пульсирующей неуспокоенностью; всем тем замечательным, что энергией своей двигает вперед человечество.

Михаил Слипенчук и Алексей Щербаков – ученики Андрея Капицы и выпускники геофака МГУ. Вдвойне интересно, как ученые используют возможность художественной речи, словно добиваясь синтеза противоположного, казалось бы: науки и искусства. Удивительное дело, но книга о большом ученом именно художественная, она погружает нас в упоительный мир основательной жизни сразу же – с первых деталей, с внушительных подробностей:

«Регистратор подрайона Кембридж графства Кембридж, эсквайр Артур Леверингтон надвинул на нос очки, отвинтил колпачок с вечного пера и аккуратным, с красивыми виньетками почерком вывел в книге регистраций: Andrey Kapitsa, 9 July 1931». Так начинается судьба, а с этого начинается Родина, как пелось в песне? Для каждого, кто захочет стать географом, и персонально для Андрея Капицы?

История и жизнь туго сплетаются в плавном повествовании: подробности, словно пропитывающие живою плазмой оное, колоритны, и бытие, переплетаемое с бытом, получает живой и пестрый окрас. Родословие Андрея Капицы богато: сын знаменитого физика Петра Капицы, внук математика и механика Алексея Крылова и внучатый племянник французского биохимика Виктора Арни. Он словно фактом подобного генетического богатства был светло обречен стать ученым, пусть мальчик, родившийся в Кембридже, связанном с образовательным и научным центром, и не предполагал, какая именно наука завладеет его жизнью.

13-13-11250.jpg
Михаил Слипенчук, Алексей
Щербаков. Андрей Капица:
Колумб ХХ века.– Молодая
гвардия, 2023. – 400 с. (Жизнь
замечательных людей).
Время показывается в книге слоеным: воспоминания о Петре Капице, принадлежащие писателю и физику Чарльзу Перси Сноу, вплетаются в повествование, отступления логичны, и исследование родословной Андрея выглядит закономерным – такая история рода, еще и пересеченного с другими научными фамилиями России, важна. Глава «Генеральная линия» рассмотрит гроздья родословной, прежде всего касаясь отца, столько определяющего в каждой жизни. Возникает образ матери, связанный со многим прекрасным в человечестве, в частности с миром путешествий. Обстоятельность письма не изменяет авторам на протяжении всей книги, что придает ей своеобразный вкус и хорошее послевкусие, когда хочется вернуться к отдельным фрагментам, более тщательно вчитаться, открывая новые повороты замечательной судьбы и значительного, ветвистого рода.

Андрей Петрович 1931 года рождения. Читая книгу, словно погружаешься в собственные семейные воспоминания, разбирая старую жестяную коробку из-под печенья или альбом с пожелтевшими фотографиями. Кстати, внук Андрея Петровича обнаружил семейный архив в дедушкином кабинете на верхней полке. И вот мы теперь словно приоткрыли потайную дверцу в дорогое нам всем прошлое. Щемящее чувство! В книгах множество фотографий. Черно-белое кино прошлого!

Время не течет линейно, хотя именно такова иллюзия человека. Время переплетается с письмами, векторами воспоминаний, игрой иллюзий; оно покажет (сквозь творчество Слипенчука и Щербакова) английский дом с соответствующей спецификой; потом введет в мир лабораторий…

Вот торжественное открытие Мондовской лаборатории в Кембридже: модернистское здание среди старинной готики… Но важна суть – содержание оного здания, ибо история творится прежде всего в лабораториях…

А сама плоть истории предстанет в книге пышно: долгими, в частности, будут сомнения – возвращаться ли в Советскую Россию. Тем не менее оно, возвращение, состоится, и учиться Андрей Капица будет в МГУ на географическом факультете, хотя перед этим будет охарактеризована школьная его не особенно ладящаяся учеба, что логично: школьная программа загоняет в рамки, а человеку, связанному с творчеством мысли, они всегда тесны.

Переписка с мамой Андрея Петровича, Анной Алексеевной, и отцом его, Петром Леонидовичем, переписка отца с матерью покажут механизмы жизни Андрея Капицы более отчетливо, проявляя тон и интонацию периодов жизни, которые подвергаются исследованию в данный момент:

«Сережа еще не ходит в школу, он довольно нервный, но все-таки ничего. Андрей гораздо спокойнее, и гораздо лучше у него характер, хотя он несравненно упрямее Сережи».

13-13-12250.jpg
Михаил Слипенчук, Алексей
Щербаков. Колумб ХХ века.–
Молодая гвардия, 2023. – 848 с.
Упрямство потом перерастет в упорство. Сопротивление человеческого материала жизненным неурядицам, бедам и войнам необыкновенное.

Пестрые детали быта вспыхивают на солнце конкретики, и разворачивается повествование об МГУ, геофаке, своеобразном ордене будущих ученых. Будущих и состоявшихся, преподающих.

О, тут целая ода славному факультету в недрах знаменитого университета, ода многокрасочная, переливающаяся теплыми оттенками и, разумеется, во многом продиктованная собственным опытом: как уже говорилось, авторы книги – выпускники геофака.

Жизнь Андрея Капицы развивается по принципу увеличения интенсивности содержания: оно делается гуще и гуще, плотнее, насыщается все большей энергией мысли.

Антарктида! Уже название, вспыхивающее огнями голубовато-гигантских льдов, завораживает, и экспедиция, снаряжаемая Советским Союзом, тут же привлекает внимание Андрея. «Когда я узнал, что Советский Союз снаряжает экспедицию в Антарктиду, я бросился в Главсевморпути, где эта экспедиция комплектовалась», – вспоминал Андрей Капица. Считая, что знает про Антарктиду мало, Капица ошибается: его познаний оказывается достаточно, чтобы стать участником экспедиции. Первой в его жизни. Всего их будет четыре, и труды по динамике и морфологии ледникового покрова Восточной Антарктиды выдвинут Капицу в число незаурядных, выдающихся географов, геоморфологов.

Он настроен на открытия: видимо, такая внутренняя вибрационная волна и позволяет ему совершить одно из последних географических открытий XX века, когда, казалось бы, земля изучена и открывать больше нечего. Нет, есть! И тайны земли не изведаны полностью, вероятно, никогда и не будут изведаны.

В середине 50-х годов Андрей Капица выдвигает смелую пионерскую гипотезу о существовании огромного подледного озера, располагающегося под станцией «Восток»… Она остается гипотезой долгое время, а находит свое подтверждение в 1996 году, оказывается, таким образом, верной, расширяя человеческое представление о могучей земле, уточняя знание человека о самом таинственном, величественном и суровом континенте.

«Колумб XX века» представит сияющие льдистые панорамы поистине с поэтическим дыханием: волнующие и необычные, вспыхивают они, являя ту меру прозаического искусства, что не оставляет сомнений в подлинности литературного дара авторов, творящих биографию замечательного ученого.

Главы подробны: именно такая летопись и требуется, чтобы плотнее показать дерзновение мысли, приводящее к открытиям, равно – жизнь в условиях, которые удается узнать мало кому.

«Что-то там в глубине» – так наименована одна из глав. Там оно – озеро, мерцающее чернотою вод; озеро, которое должно быть открыто, обозначено, проявлено в мире географического знания.

Капица участвовал в создании Атласа Антарктики – географического свода, дающего точное представление об устройстве этого участка земли. Он участвовал в работе истово и самозабвенно, и то, что увенчана она была Государственной премией СССР, вполне логично.

Экспедиции и путешествия – им, разумеется, посвящен большой текстовой пласт. Знание дела – детально. Научные пассажи, связанные с постижением рельефа земли и прочим, уместно разбавляются колоритными описаниями, чтобы читатель, никак не связанный с географией как наукой, не заскучал. Жизнь Андрея Капицы рассматривается объемно, полифонично строится и текст.

Андрей Петрович был мастер рассказывать, его повествования, интересно организованные, а иногда и с почти детективными сюжетами, приводятся в книге, придавая ей той живости, которая пронизана подлинностью бытийных лучений и которую не подделать, как ни старайся.

Капица возглавит географический факультет МГУ, административная жилка пульсирует в недрах его личности столь же активно, как и научная. Избранный членом-корреспондентом АН СССР, он продолжит разнообразную деятельность, в частности выступит инициатором создания во Владивостоке Тихоокеанского института географии ДВНЦ АН СССР, станет его первым директором.

Возраст возьмет свое, болезни будут прорезать тело, но ученый стоически относится к ним: он, живший для блага науки, а значит, и увеличивающий благо человечества, понимает, что главное сделано.

Юмор, присущий ученому, будет вспыхивать яркими, согревающими огоньками на протяжении всей книги, посвященной столь значительной жизни. А без юмора в нашей стране ничего и не было бы.

Двум авторам, работавшим слитно, словно взаимно обогащая друг друга, удалось прекрасно показать всю значительность объема жизни Андрея Капицы, они создали образ живой и трепетный, где-то нежный, бескорыстный… Образ – сияющий. И сияние, идущее от него, завораживает читателя, не давая оторваться от книги до конца, до финала – продленного в вечность…


Оставлять комментарии могут только авторизованные пользователи.

Вам необходимо Войти или Зарегистрироваться

комментарии(0)


Вы можете оставить комментарии.


Комментарии отключены - материал старше 3 дней

Читайте также


Полное право спать в халате

Полное право спать в халате

Лера Манович

Добрый Базаров, страшил Вука и другие плоды просвещения

0
1320
Лучший советский премьер

Лучший советский премьер

Сергей Самарин

Алексей Косыгин вместо прекрасного будущего пытался строить нормальное настоящее

0
3053
Багрицкий, как и Пушкин, ушел в 37

Багрицкий, как и Пушкин, ушел в 37

Игорь Мощицкий

О поэте, который мечтал стать художником, окончил курсы землемеров и имел счастье вовремя умереть

0
4158
Слова на музыку мытарств

Слова на музыку мытарств

Александр Рубчинский

Стихи о грусти, футболе и военной кафедре

0
1604

Другие новости