Андрей Юревич В нелегкой жизни отечественной науки обозначилось новое явление: стали появляться рейтинги наших интеллектуалов вообще и представителей различных научных дисциплин в частности, которые вызвали неоднозначное отношение. Пионером составления таких рейтингов выступила ассоциация «Интелрос» («Интеллектуальная Россия»), которая поместила в интернете разработанный ею рейтинг 100 ведущих российских интеллектуалов, где на первом месте стоял Г.Павловский, на 48-м, 49-м и 50-м местах – соответственно Б.Березовский, М.Ходорковский и А.Чубайс.
Рейтинг породил агрессивно-ироническую реакцию нашего научного сообщества, имеющего существенно иной образ нашей интеллектуальной элиты. Затем подобные рейтинги стали разрабатываться и в конкретных научных дисциплинах. Можно предположить, что подобные исследования будут появляться и в дальнейшем.
В связи с этим Институт психологии РАН провел опрос, направленный на выявление того, как основная часть нашего научного сообщества относится к рейтингам ученых и не занимающихся наукой интеллектуалов. Задавалось два вопроса: «Доверяете ли вы рейтингам отечественных ученых и интеллектуалов, которые стали публиковаться в последнее время?» и «Как вы думаете, в каких целях публикуются подобные рейтинги?»
Результаты опроса продемонстрировали, что рейтингам ученых и интеллектуалов доверяют 8% опрошенных, не доверяют – 25%, 33% относятся к ним избирательно, каким-то из них доверяя, каким-то – нет; 26% вообще ничего не знают о таких рейтингах; 3% высказали другое отношение к ним и 5% затруднились ответить. При этом обнаружились существенные различия в ответах представителей естественных и социогуманитарных наук: последние проявили к рейтингам более скептичное отношение (соответственно 16% и 41% не доверяющих им).
В целом же по результатам проведенного опроса можно констатировать достаточно высокую осведомленность нашего научного сообщества об этих рейтингах (о них ничего не знают лишь 26% опрошенных) и довольно скептическое отношение к ним.
Объясняя причины появления таких рейтингов (ответы на данный вопрос не подвергались количественной обработке ввиду большого разнообразия ответов), опрошенные иногда отмечали такие цели их составления, как «чтобы поднять престиж ученых и науки», «чтобы доказать, что государство к науке относится положительно», «чтобы структурировать нашу интеллектуальную элиту и ответить на вопрос «Кто есть кто среди ее представителей», «чтобы ознакомить общественное мнение с именами наших ведущих интеллектуалов», демонстрируя позитивное восприятие намерений составителей рейтингов.
Было отмечено и то, что в таких рейтингах фигурируют имена и известных и малоизвестных интеллектуалов, что делает их похожими на фойе театра, описанное в «Театральном романе» Михаила Булгакова, где портреты Шекспира и Лопе де Вега перемежались с портретами местных буфетчиц и вахтеров.
Проводились в опросе и аналогии со спортом, где рейтинг спортсмена выражает не отношение к нему составителей рейтинга, а количество его побед.
Вместе с тем, хотя нередко отмечались «рейтинговая конъюнктура», «мода на рейтинги» и другие подобные обстоятельства, сама идея ранжирования наших ученых и интеллектуалов не воспринималась как бессмысленная. Однако акцентировалась большая зависимость рейтингов от вкусов, личных интересов и круга общения («клановый эффект») тех, кто их составляет, а также необходимость при составлении рейтингов ученых опираться на объективные показатели, такие, как количество публикаций, индекс цитирования и др.
Дарья Гармоненко